Альманах «Новое Слово»

Ваше имя на обложке альманаха!

Вы пишете прозу – рассказы или главы романа, но как понять - как оценивают ваше творчество читатели? Как получить обратную связь, не тратя больших средств на издание книги?
Знакомьтесь, Ирина Костина!

Главная задача наших литературных сборников – поддержать писателей на пути к большим книгам и большим публикациям, свести талантливых авторов с известными издателями, и, конечно, – открыть новые имена!
Костина Ирина
Писатель
Родилась в г. Харькове. Живу в г. Лесной Свердловской области. Закончила Уральский государственный университет им. А.М. Горького в 1993 г. по специальности «Русский язык и литература». В 1999 г. окончила Уральский государственный профессионально-педагогический университет по специальности «Социальная педагогика» и магистратуру при Уральском государственном профессионально-педагогическом университете. Тридцать лет проработала в школе, преподаю психологию в ВУЗе. Литературным творчеством занимаюсь одновременно с преподаванием. Есть печатные издания: книга «Жизнь моя, иль ты приснилась мне…», сборник рассказов (2016); повесть «Селфи с улыбкой» (2018). Публикации в журнале союза ветеранов госбезопасности по дальневосточному региону «Аргументы времени» (Дальний Восток) и литературном приложении к нему - «Ритмы жизни», №№ 1-6, 2017-1018 гг. Являюсь членом Российского союза писателей с 2018 года.
ПТИЦА СЧАСТЬЯ

Никто не может заменить нам какого-то человека. Нельзя никого никем заменить. Никто не может встать на чье-то место. И любить нельзя – ВМЕСТО… Быть вместо кого-то умным, красивым, счастливым, любимым. Каждый похож только на себя и проживает только свою жизнь. Каждому хочется прожить ее ярко, не засыпая от безнадежности, не теряя ее вкуса, ощущая кожей свежесть каждого дня, не теряя стремления куда-то бежать и кого-то встретить сегодня. Всегда видно человека, потерявшего этот самый вкус. Его выдают глаза, которые хотят спрятаться под бровями. Никогда не замечали? Они больные. У них БОЛЬШЕ НЕТ ЦВЕТА!! Они бесцветные, потому что им этого цвета больше не надо. Никто не будет в них всматриваться, спрашивать: «Какие у тебя глаза?» Никто никогда не станет больше их целовать. Ни как в детстве – мама, ни как любимая. Одна. Единственная. Или Единственный. У такого человека жесткие губы, потому что он их всегда сжимает. Они не тянутся к другим губам. И по ним никто не проведет теплым пальчиком, не согреет их трепетными губами…
Расточительными нас делает жизнь по объективным причинам. Мы не понимаем в молодости, что дорогие нам люди могут просто внезапно уйти. Из нашей жизни или из жизни вообще. Теряем их походя. Мы не прощаем ничего. Думаем, что жизнь впереди вечная, и мы все еще успеем: простить, поговорить, долюбить, досказать. Боимся унизиться перед нужным сердцу человеком. Ленимся сто раз позвать, сто раз сказать, как нужен он, как скучаем! Близкие когда-то люди вдруг кажутся предателями. И через сорок лет мы понимаем, что это были глупость и снобизм. Но уже не вернуть. И не хочется. В глухом сердце живут глухая боль и беда. И никому не нужен. Это расплата за неоказанное хотя бы однажды внимание, за непрощение, за не сделанное вовремя движение комуто навстречу, за нашу душевную лень.
Татьяна давно думала: кого обидела в этой жизни так, что судьба забирала всех, кого она сильно любила?
Жизнь поначалу дала все: заботливого мужа, детей, дом, хорошую работу…Казалось, все пришло легко, само собой, без усилий, и так будет постоянно. А потом все благополучие стало таять, как песочный замок у моря. Кажется, что построен основательно, из влажного песка, он высох на солнце и простоял крепенько полдня…А при первой сильной вечерней волне его стало вымывать в основании. Сначала скосило на один бок, потом посыпались другие бока. И он осыпался весь. Только цветок мальвы, воткнутый куда-то у окна, траурно, как на венках, развевал на ветру алые слипшиеся лепестки. Так из всей ее жизни вымылось нужное, осталась гора песка…и далеко не золотого. Где желтый, где серый, где с тоскливой тиной. И когда рассыпалось почти все, Татьяна испугалась! Удержать то, что осталось, то немногое, что еще греет, что дорого!...Но как, если не знаешь, отчего все посыпалось?
Примерно об этом говорила она с одноклассниками на встрече выпускников чудесным майским днем в одном из городских кафе. Тридцать лет мало кто заметил из ее старых друзей. Выпили сначала, как обычно, за тех, кто никогда больше не сядет с ними за стол. Их было четверо. Так рано и нелепо ушли все четверо. Первого убили в армии. Другой, имевший семью, детей, дом в Прибалтике, сгорел от алкоголя. Двое ушли от болезни, название которой мы боимся проговаривать не только вслух, но и мысленно…Потом разговоры стали веселее. И веселее. А потом душевнее и откровеннее – по мере выпитого. Школьные друзья самые добрые к нам по жизни. Они простили нам все наши недостатки давно, априори, еще в прошлой радостной жизни. Мы им давно все доказали совместным десятилетним сосуществованием, все простили, знаем многие их недостатки, они помнят нас без понтов, в моменты наших позорных поражений. Поэтому и наши лучшие качества они помнят, это остается на подкорке. Люди по жизни не меняются в главном – в доброте к этой жизни, к тем , кто рядом, в умении сделать выбор в сторону порядочности.
Леша – частый сосед по парте. Они регулярно усаживались вместе. Он складывал ей из бумаги оригами – разные фигурки, чаще птиц – на счастье! Надо только его дождаться. Дружба была взаимовыгодной: Леха чистой слезы технарь и математик, Таня делилась размышлениями по литературе, истории, обществознанию. На пару чудно сдали экзамены и окончили школу. Леша потом редко приезжал в родной город, мама сама чаще приезжала к нему. Он служил в одной московской конторе программистом. Хорошая квартира, семья, взрослый сын… Сейчас они снова сидели за одним столом, прижавшись друг к другу локтями. И Таня откровенно, бессовестно кокетничала с Лешей. Она улыбалась ему нежно, говорила теплым голосом, заглядывала проникновенно в глаза. Ей на минуту показалось, что она сейчас сможет перейти ту черту, которую нельзя переступать с одноклассниками, ставшими братьями. Но сейчас он стал единственным мужчиной в ее подвыпитом сердечке. Леша нежно обнял ее всю, просто сгреб. Приник лбом к ее дорогостоящей укладке. И поцеловал, как ребенка:
– Вот веришь? Все наладится. Все еще у нас будет. Ты только хоти этого. Как тогда, в детстве. Не переставай ждать и верить…
Татьяна чуть не расплакалась:
– Леш.. Я что, действительно, .. никакая?? Абсолютно непривлекательная как женщина??..
– Это что за вывод? Ты привлекательна, сексуальна и желанна. Это я пустой.
– Так не бывает! Нам нет и пятидесяти…Мы не можем быть пустыми.
– Так есть.
– Если женщина не цепляет... значит, дело только в ней! Ну... это, собственно, и ответ...я сама все сказала. Можно было даже не спрашивать. А ты просто не смог сказать правду, хорошо воспитан... правильные методы воспитания были...
– Ты… цепляешь. Я – воспитанный. А дело не в этом. Хочешь честно? Я всегда хотел быть с тобой. В школе. После школы. Через пять, потом через десять лет. И я всегда знал, что ты – та женщина, которая мне нужна. Что в тебе счастье. Но жизнь сложилась так, как сложилась. И никто так и не смог тебя заменить. А вот сейчас думаю: мы можем украсть это счастье сегодня. А что мы ПОТОМ будем с ним делать?
– Странное такое слово – счастье! Нельзя быть счастливым в жизни. Бунин писал в «Жизни Арсеньева», что счастье существует в нашем прошлом, в будущем, но никогда – в настоящем. Наше счастье – штука мгновенная. От него больше боли, чем толку. Понимаешь, что оно было, тогда, когда его уже нет.
Музыка в кафе громыхала, давая двоим, так неожиданно соединенным воспоминаниями и шальными надеждами, быть еще ближе. Они склонились головами и говорили только друг для друга, касались губами щек и уха, щекоча волосами.
– Лешка! Я хотела только прижаться к тебе. Прикоснуться к твоей руке. Поцеловать на груди волосы, выбивающиеся из распахнутого ворота рубахи. И было вначале все понятно и весело! Почему мне сейчас так тревожно? Что вдруг произошло?
– Иллюзия пропала. Ты потеряла веру.
– Ребятааа!! Пошли танцевать!!! - одноклассниц явно не устраивало, что за столами остались отбившиеся «от стаи», было желание всех прибрать, снова организовать в тесный круг. У Лены и Юли все всегда было по плану: они знали, когда кому плясать, когда перекусить, когда время разговорам. Диспутам, конечно, быть, но только тогда, когда Лена решит, что пора!
Тане не хотелось двигаться. Ей казалось, что вот – вот сейчас она что-то поймет, и песчаный замок окажется не из песка, а из чего-то покрепче, если она все решит для себя. Плечи обняла майская черемуховая дымка, касалась ее лица. Уже было близко у сердца и в животе сладкое теплое дыхание. Влюбленность в Лешу была сейчас невероятно юной и весенней. Хотелось видеть только его глаза и губы. Но Юля решительно тянула за руку. Татьяна поднялась, провела ладонями по бедрам, поправляя вниз шелковистый бархат облегающего платья, и медленно пошла в круг, надев дежурную улыбку для друзей. Для всех она – счастливая женщина!
– Оппа-оппа-оппа, давай, давай, народ! Веселее! – уже хрипло подзадоривала всех Лена.
Одна бравурная песня сменяла другую, одноклассники дурили, кружили ее, выталкивая в круг, знали, что она любит танцевать, хлопали в ладоши, разбивая хрупкую нежность в ее сердечке. Из круга она выбралась незаметно только минут через десять.
Таня подошла к столу. Алеши не было. Она оглядела зал, ища его около мужчин, и не нашла. Она подумала, что он решил дать ей передышку от танцев, от трудных разговоров. Протянув руку к бокалу с минеральной водой, она замерла. На бокале сидела бумажная птичка, каких Леша делал на уроке из промокашек. «Он ушел!..Совсем». Не оставил номер телефона. … Можно узнать у подруг. Только зачем? Если он Никто в ее жизни, значит, расстаться так – лучше всего. А если суждено, встреча все равно будет. Таня взяла птичку, положила на раскрытую ладошку, приложила ее к груди, откинулась и прижалась к спинке дивана. Птица такая, как в юности, когда было Счастье…
Или как Счастье, которое скоро будет.

Опубликовано в альманахе «Новое Слово» №4 2020 г.
Мы не просто издаем сборники!
Мы открываем имена!

Главная задача наших литературных сборников – поддержать писателей на пути к большим книгам и большим публикациям, свести талантливых авторов с известными издателями, и, конечно, – открывать новые имена!
Нина Кромина получает авторские экземпляры альманаха «Точки» на выставке-ярмарке на ВДНХ (Москва. Сентябрь 2019 года)
Нина Кромина получает свои экземпляры альманаха на выставке-ярмарке на ВДНХ в Москве (сентябрь 2019 года)
Анна Трофимова и Светлана Филоненко с дочкой на Книжной ярмарке на Красной площади (Москва. Июнь 2016 года)
Анна Трофимова и Светлана Филоненко с дочкой на Книжной ярмарке на Красной площади (Москва. Июнь 2016 года)
Авторы альманаха «Новое Слово» №3 на общей презентации альманаха на выставке-ярмарке на ВДНХ (Москва. Сентябрь 2019 года)
Авторы альманаха №3 на общей презентации альманаха на выставке-ярмарке на ВДНХ в Москве (сентябрь 2019 года)
Все автора становятся участниками литературной мастерской «Новое Слово
Наша мастерская – сообщество авторов, начинающих писателей, объединенных идеей продвижения собственного литературного творчества. Здесь мы проводим лекции, семинары, мастер-классы по литературе, сценарному делу и писательскому мастерству, рецензируем произведения, профессионально работаем со словом, даем рекомендации и помогаем авторам в издании книг.

Открыть страницу
Задать вопрос
Если у вас остались вопросы к сотрудникам издательства, мы можете записать вопрос в форму расположенную ниже или позвонить нам по телефонам издательства +7 495 749-60-70
E-mail
Имя
Телефон
Ваш вопрос
Нажимая на кнопку, вы соглашаетесь с условиями о персональных данных
Весь контент принадлежит издательству «Новое Слово» и авторам книг.

© Рекламное агентство «Новое Слово». ОГРН 5087746144415 ИНН 7718721890 Торговая марка зарегистрирована. Свидетельство о регистрации товарного знака №713870 от 28.05.2019.
Made on
Tilda