* * *
Нажму педаль, и под капотом
Взревёт взбесившийся табун.
И поворот за поворотом
Помчусь вдоль замерших трибун.

Реви, мотор, визжи, резина,
Вибрируй, спойлер, на ветру.
Сегодня мне дала судьбина
Вести рисковую игру.

Я успокою волей нервы,
Форсаж на максимум включу,
И среди лучших буду первым.
И будет так, как я хочу.

* * *
Пчела стремительно взлетела,
А я остался на Земле.
Но жало (что во мне засело),
Досталось в пользованье мне.

Я, торопясь, хоть больно было,
Пчелу настиг уже почти,
Но та поспешно в небо взмыла,
Послав последнее «Прости».

Прощай, крылатая заноза!
Пусть тебе добрым будет путь!
Я жало выдерну сквозь слёзы,
Чтоб как-нибудь тебе (В)вернуть.

Ну, а пока – дерзай в астралах,
Лети отсель к мирам иным.
И нас – землян – существ безжалых
Дари отсутствием своим.

Пчела (понятно) улетела,
Направив к солнцу свой полёт,
А жало своим ядом грело
Мой красный, вздувшийся живот.

* * *
Я полетел; сбылись мечтанья
Тех лет, как был я молодой.
О, это чувство расставанья
С опорой, сердцу дорогой.

В тот миг меня слегка встревожил
С испугом смешанный восторг.
И вскрик, на песнь орла похожий,
В полёте голос мой исторг.

Лечу; взвивает ветер чёлку.
Удар – и меркнет белый свет.
Как жаль, что я на верхней полке
Взял в этом поезде билет.

* * *
Я скорость в машине превысил в Твери,
И тут же гаишник предстал у двери.

И спор, как обычно, меж нами возник,
Но он побеждал, ибо к спорам привык.

И я был готов наказанье нести,
Но случай помог от него мне уйти.

По той же дороге и в этот же час
Красавица стройная шла мимо нас.

Глаза – развесёлые, губы – коралл.
От них у гаишника гонор пропал.

Он понял, как только на деву взглянул,
Что зря он всю жизнь свою лямку тянул.

Без девушки этой, как скучный роман,
Был жребий несчастный гаишнику дан.

И заворожённый её красотой
Он ей козырнул непослушной рукой.

И в спину шепнул ей заветную суть:
«Желаю тебе без гаишников путь!»

И, девичьим чарам противясь едва,
В глубоком гипнозе вернул мне права.

Он этим поступком простил лихача.
Я скорость включил и задал стрекача.

И в зеркало видел, как мой постовой
Глядел очумело вслед девушки той.

* * *
Не журчи, вода,
Не шуми, листва.
Приумолкните,
Птицы певчие.
Не греми раскатами
В небе, дальний гром,
Усмири свой бег,
Вольный ветер – друг.
Успокойтеся
Хоть на полчаса,
Дайте слушати
Мне свой голос ласковый.

* * *
С рассветом полетели дроны.
Собрались в стайку и – адью.
Презрев наземные кордоны,
Летят подобно воронью.

Летят спокойно, деловито;
Им чужд сегодня птичий гам.
С жужжаньем дьявольская свита
Спешит к чужим похоронам.

У каждого висит под брюхом
По паре килограммов зла,
Чтобы земля кому-то пухом
На веки вечные легла.

А «утро красит нежным светом»
Благоуханные поля.
И целится в кого-то где-то
Прицел под брюхом воронья.

* * *
Выйду вО поле, словно волк в ночи,
Прихвачу испытанный свой штык-нож.
Знайте, силы тёмные – сволочи,
Мне любой ведьмак-вурдалак пригож.

Ворожбой прикроетесь – всё равно найду;
У меня в крови есть один секрет,
Ведь я сам люблю волчью ягоду.
Всё доступно мне, и преграды нет.

Не спастись впотьмах злобной нечисти.
Свету белому от них быть чистУ.
Свыше дан наказ мне свой крест нести –
Рать антихриста сживу сО свету.

* * *
Кот засмотрелся на Луну
И размышлял о лунном счастье.
А лунный свет клонил ко сну
И прикрывал глаза кошачьи.

И грезилось уже коту,
Что он не здесь – на бренной крыше,
А, звёзд касаясь на лету,
Скользит к Луне – всё выше, выше.
И будто стелется Луной
Навстречу лунная дорожка.
И будто шепчет: «Дорогой,
Вперёд, вперёд, ещё немножко».

Кот оценил такой наказ:
«Ведь правда, там я ещё не был»,
И он, не открывая глаз,
С высокой крыши прыгнул в небо.

* * *
Вдруг приоткроется, сияя,
В небесной глубине окно.
И мне – простому разгильдяю –
Покажет новый мир оно.

И затрепещет занавеска,
Под звёздным ветром шелестя.
И с лёгким мелодичным треском
Порвутся связи бытия.

И станет вдруг легко и ясно;
И будет время литься вспять.
А звёзды будут тихо гаснуть
И тихо вспыхивать опять.

И созерцая в синих далях
Их величавый карнавал,
Я буду вспоминать в деталях
Всё то, что никогда не знал.

CУ-57

Мне небо – Рай и дом родной
(Хоть я исчадье Ада).
А скоростной воздушный бой
Мне – высшая награда.

Пускай враги в меня палят
Из всех калибров, тужась.
Я – совершенный аппарат,
Российский страх и ужас.

Я убеждён, мне хватит сил
На две-три цели разом.
Не зря во мне соединил
Создатель мощь и разум.

Я знаю точно, враг свернёт.
Не выдержит, не сдюжит.
А я и в лоб, и в разворот
Начну его утюжить.

Коль взять его движок в расчёт,
Враг в небе робко плавал.
А у меня в груди ревёт
Тысячесильный дьявол.

Спасайся, недруг, скройся с глаз,
Коль жить тебе охота.
Я не шутя веду сейчас
Небесную охоту.

Оставь гордыню и войну,
Вернись к родне и милой.
Не то признать свою вину
Тебя заставлю силой.

Не трать ресурс, прикрой сопло,
Проваливай отсюда,
Пока тебя не разнесло
Сверхзвуковое чудо.

Враг не пойдёт на суицид;
Он ненормальный, что ли?
Его уже один мой вид
Давно лишает воли.

Всему свой жребий, и пока
Горючее в излишке,
Я, как с дитём, с Пэ Зэ эР Ка
Сыграю в кошки-мышки.

Я нынче вновь не показал
Ни трусости, ни спину.
Как жаль, что я не повстречал
Достойного вражину.

* * *
Гомункул пёр из колбы, как опара.
Ещё чуть-чуть, один-другой момент,
Ещё ингредиентов пара –
И мог быть завершён эксперимент.

Но он спешит. Его влечёт свобода.
Он думает, что он готов и цел.
А я запихиваю этого урода
На место, чтобы он дозрел.

Я жму его рукой обратно в колбу,
Но мой гомункул нОровом не прост.
И так мне въехал чем-то грязным пО лбу,
Что опыт весь пошёл коту под хвост.

Мне не охота грязным быть и битым,
Ведь я – владыка, чёрт его дери!
Я запихал его обратно: «Век живи там».
А он глаза таращит изнутри.

ПРОМОКШЕЕ ОДИНОЧЕСТВО

Как нравилось, помню, в студенчестве
Бродить по Кирова с Лениным,
В промокшем своём одиночестве,
Под ливнем прохладным весенним!

Обувью хлюпая мокрою,
Брызгая глубокими лужами,
Лекции смыть с НИОКРами –
Их тяжесть с мозгов перегруженных…

Так бы и нынче набраться
Молодой, смелой наглости!
И под дождем без зонтика шляться,
Смывая наслоения старости!

НОЧЬ НА РЕКЕ

Нежная волна под теплым черным небом
Не спеша ласкает тонкие борта.
Звезды чутко следуют за волною следом,
Не видны плывущие рядом берега.

Темнотой раздвинулось тишины раздолье.
Под обрывом светится точкою костер.
Кажутся далекими смех и шум застолья,
Не сбивая мыслей медленных настрой.

Стали непонятными давние обиды,
Не тревожит жизни суета сует.
Из глубин всплывает в памяти обитель
И когда-то данный праведный обет.

Жаль, что речка эта не уносит в вечность,
Засветился город заревом огней,
И воспоминанья канут в неизвестность,
Изредка всплывая в тишине ночей.

МОЙ ЛЮБИМЫЙ ГОРОД

В Москве, Ленинграде – задумайся, гость –
Там внешний лоск, красота…
А теплоты приезжим найдется? Хоть горсть?
Чтоб с первых шагов – внимание и доброта?

Быть может я по жизни счастливчик?
Можно сказать, что и так…
Но город Томск – мой любимчик!
И по-другому никак!

Первые шаги на перроне. Всё ищу, как на глобусе…
Вдруг голос: «Приехавшие поступать в политех,
Вас ждут на площади в служебном автобусе!»
Радость и облегченье в душе, как и у всех!

На месте. И как на конвейере:
«Вещи, документы не забывать!
Вещи – в подвал.
Документы – в приемную, на второй этаж!»
Сдал документы, следом вопрос:
«Вам есть где проживать?
Нет? Держите!» Ордер в руке.
Не верится. Это мираж?

Быть может я по жизни счастливый.
Разное скажут, кто как!
Но город Томск – мой любимый!
И по-другому никак!

В Москве, Ленинграде – задумайся, гость –
Там внешний лоск, красота…
А внимания приезжим найдется? Хоть горсть?
Чтоб с первых шагов – забота и доброта?

МЕЧТА

Жара непрерывная, жара без дыхания
Мысли спекает в единый комок.
И остается одно лишь желание:
Влажного, свежего вздоха больше глоток!

Как же соскучился по хорошему ливню!
Чтобы упругой, тяжелой стеной!
Что б ничего вокруг не было видно,
Если без молнии, лучше – двойной!

Что б после этой ярчайшей мистерии
Долгий, тяжелый раскатистый гром
Снова устраивал, забавляясь, истерику
Автомашин, окружающих дом!

МОЙ ТОМСК

Старый Томск моих времен…
В деревянных тротуарах,
В скверов ласковых нарядах –
Каждый был тобой мгновенно опьянен.
Улицы скрипучие,
Тополя пахучие
И студенческих потоков череда…
Улицы скрипучие,
Тополя пахучие
В памяти останутся навсегда!

Томск двухтысячных времен…
Без скрипучих тротуаров,
В красках праздничных бульваров…
Всё же память мне твердит, что это ОН!

Улицы скрипучие,
Тополя пахучие
И студенческих потоков череда…
Улицы скрипучие,
Тополя пахучие
В памяти остались навсегда!

Томск из будущих времен:
Пусть изменятся кварталы,
Будут новые бульвары,
Но уверен, что останется студенческий район!

Улиц нет скрипучих,
Но тополя пахучие
И студенческих потоков череда…
Улиц нет скрипучих,
Но тополя пахучие
Томск помогут вам запомнить навсегда!

ЗОЛОТАЯ ОСЕНЬ

Золото в мире встречается разное:
Белое, желтое, зелёное, красное…
Вот у берёз, например, появился сейчас
Желто-зелёный золотистый окрас.
А вскоре увидим для глаза привычные
Жёлтые краски – простые, обычные.
Жёлто-зелёное злато, на лето похожее,
Оранжево-жёлтым заменится, пусть и попозже.

Но если немного ещё потерпеть,
Золото осени станет, как медь!
Клёны с осинами сменят берёзы,
И золотом красным окрасятся грёзы…

А дальше наступят крутые денёчки:
Пороша побелит траву и пенёчки…
И белое золото осенью поздней
Сольётся привычно с зимой бездорожной!

ДРУЗЬЯ

Ранняя осень… За лето уставшая зелень берез…
Ночью еще не морозно, но более свеже…
Осенью жизни труднее друзей собирать
– все поврозь.
Вижу друзей, но не всех и значительно реже…

Той дипломной весной мы мечтали
о будущих встречах…
А весна всех, как птиц, разнесла широко по Союзу,
Заставляя забыть те мечты, их сжигая, как свечи,
Заменяя семьёю, работой и новою дружбой!

И поэтому так хороши,
так приятны нечастые встречи!
Пусть немногих, пускай с перерывом десятками лет,
Даже если прошедшие годы сгибают нам плечи.
Не заменит тех встреч никакой интернет!

КОГДА УХОДЯТ БОГИ НА ПОКОЙ...

Когда уходят боги на покой,
Их имена волной смывает Лета.
Сокрыты ныне в памяти людской,
Как символы священного завета.

Когда-то населяли пики гор...
Теперь объял их мрак запретных мифов.
Молитв не слышен стройный, светлый хор.
Забыты, как курганы древних скифов.

Они ушли, теснимые людьми,
Гонимые жестоким духом времени.
Родители, травимые детьми,
Со льдом в глазах, взирающих из стремени.

Их капища затеряны в глуши.
Окованы корнями древних елей.
Седые мхи в полуночной тиши
Мерцают, словно камни мавзолеев…

В безлунном мире правит травный взвар.
Туманной дымкой тянет руки к кронам.
Раздался вздох. Обдал костровый жар.
Взметнулся к небу раскалённый ворон.

Лес ожил, причитая зашептал.
Поскрипывал тягучей песней ветра.
Я с трепетом внимал ей и молчал,
Боясь пошевелиться до рассвета.

ХИМЕРА

Надрывный плач проржавленных петель
Венчает путь усталого скитальца.
Порог поправ разомкнутых дверей,
Роняю ключ из онемевших пальцев.

Глаз различает длинный ряд скамей.
За ним – алтарь с хохочущей Химерой.
В потир, стеная, кровоточит Змей,
Пронзенный когтем. Мучаясь безмерно.

Почуяв плоть, Химера ожила.
Забился Змей под страшною пятою.
Агонией сковав ее крыла,
С горящим взглядом замер предо мною.

Я видел смерть в пучине желтых глаз.
Стал узником янтарной вязкой смоли.
Заворожённый, слушал тихий глас,
Открывший суть скитальческой юдоли:

«Возьми потир, упрямый пилигрим,
Вкуси, сколь жаждешь, истинного знанья.
Затем пришел... С Химерой ты один
Идешь на бой. Забудь о сострадании.

Эоны лет я род ваш искушал
Стяжательством ли, жаждой неземного...
Из-за меня вас в гневе низвергал
С небес на землю славный Иегова...

Запомни, человече, Прометей
Украл огонь, вкусив змеиной крови.
Дорога к знанью – залежи костей
Безвестных, неудачливых героев.

Вкушай, пока есть силы, человек.
И уходи, забыв сюда дорогу.
Твой бой с Химерой будет длиться век.
Коль победишь – приблизишься к порогу...

ПОЛУСТАНОК

Жизнь дает нам уроки до самых седин,
Прикрываясь вуалью символической формы.
Электричка ушла, я остался один
В полуночном плену у старой платформы.

На дряхлеющей лавке, присев, закурил,
Скрыв ладонью тщедушный огонь зажигалки.
Одинокий фонарь, чуть мигая, манил,
Но потуги его, в лунном свете, так жалки…

Лицемерный маяк свою дань собирал,
Выступая единственным светочем мира.
У подножья его я тела наблюдал
С опаленными крыльями жертвы кумира.

Посочувствовав их незавидной судьбе,
Миновал я крылатых Икаров останки.
Горкой пепла оставил я след о себе
На людьми позабытом лесном полустанке...

СТАРЕЦ-ДОМ

В пустых глазницах дома тьма и холод.
Печь превратилась в изразцовый склеп.
Уже никто не даст теплу и свету повод
Здесь возродится. Дом навек ослеп.

Щербатым ртом провал в полу чернеет.
Раскрытый зев подвала, словно грот.
Склонишься, сделав шаг, и вдруг повеет
Болезненный и терпкий смрад болот.

Отживший век. Взрастивший поколенья,
Чье детство в горках тлена на полу.
Ослепший дом не ждет выздоровленья,
Ссыпая в раны времени золу...

МОЛЧАНИЕ

Рассветный чай в плену исинской глины
Наполнил ароматом пустоту.
Глубокий вдох – и вновь зовут глубины,
Скрывающие истин простоту.

Молчание – друг, который не изменит,
Не даст словам сорваться на галоп.
Зажжет свечу, отбросив тень сомнений.
Явит во тьме свет иллюзорных троп.

Мой путь далек и поиск бесконечен.
Сто восемь бусин по числу страстей
Напомнят вновь, что я небезупречен.
А жизнь – лишь пламя призрачных свечей.

РОДНОЙ ДОМ

У каждого есть то, что дорого сердцу,
Что ночью и днем помогает согреться,
Что ценно тебе, всем невзгодам назло,
Все то, что в душе навсегда проросло.

Один помнит дом, уж которого нет,
Собаку у будки и в поле рассвет.
Он помнит, как мать за коровою шла,
Какой земляника в той роще была.

Другой помнит море, магнолии, бриз,
Как горный ручей устремляется вниз,
Как дед собирает с деревьев инжир,
Как светел и радостен был его мир.

А третий смутился и вспомнил снега,
Как с мамою их закружила пурга,
Как иней украсил все окна в домах,
И снег на ресницах, что делали взмах.

Для всех дорогим остается тот дом,
Где в детстве конфеты таскал ты тайком,
Где мать обнимала и там, где отец
Сказал перед всеми: «Мой сын молодец!»

ПОКОЙ НА СЕРДЦЕ

Мне вчера приснился сон:
Пруд, поляна, лес и дом.
Дом в моем родном селе,
Где все рады были мне.

Где у печки мог сидеть,
Молоко пить, ноги греть,
Где ласкался рыжий кот,
Где ребята у ворот

Ждут меня, зовут гулять,
Лазать, бегать и играть
У оврага или в поле,
В общем, быть всегда на воле.

Этой волей я пленен,
Будто вечно окрылен,
Я свободен, полон сил,
Молод, смел, умен, красив,

Сердце бьется, взор пылает,
Я родной родному краю!
Здесь мне место есть и кров,
Здесь не чувствую оков.

Здесь я сад хочу обнять,
Возле яблонь постоять
И с черемухою вместе
Размечтаться о невесте.

Открываю я глаза,
В них застывшая слеза,
А на сердце вдруг покой,
Вспомнил Углич свой родной.

ВАСИЛЬКОВЫЕ ПОЛЯ

Васильковые поля,
Ярославская земля,
Волга, родники, просторы,
Вы опора для меня.

В суете, среди домов,
Мегаполиса оков,
Я могу себе представить
Много милых уголков.

Вот на поле трактора
Пашут с самого утра.
Лето – это для деревни
Благодатная пора.

Вот летает стрекоза,
Дождик вот, а вот гроза.
Ну, а ты сидишь у печки
В пледе, и прикрыв глаза.

По утрам роса в траве,
Ночь с туманом по земле,
Под листочком земляника,
А в лесу сова в дупле.

Детство, верные друзья,
Вас забыть никак нельзя,
Наши игры и проказы,
Пруд, рыбалку, карася.

Как возил в телеге дед,
Вкусный бабушкин обед.
Все оставило, конечно,
В моем сердце добрый след.

Память, я прошу тебя,
Ясной будь ты у меня,
Чтобы край родной я помнил,
В сердце всю любовь храня.

РЕКА ЖИЗНИ

Жизнь текла, как та река,
Что красива, широка,
Та, что стелется меж гор,
Что питает сто озер.

Я найду в ней отраженье,
Дом и счастье, и смиренье,
Мыслей взлет и тишину,
Мирозданья глубину.

Та река в родном краю
Напитает жизнь мою,
Силу и любовь даря,
В путь благословит меня.

И я буду верен ей,
Крестной названной моей,
Потому что четко знаю,
Чести я не запятнаю.

ОТРАЖЕНИЕ

Когда-то небо было чистым,
И солнце грело облака.
А день был ясным и лучистым
В тот миг, как встретила тебя.

И вроде всё вокруг, как прежде,
Но что-то дрогнуло в груди.
Душа признала безмятежно,
Без страха, масок и причин.

Сопротивляться бесполезно,
Покой нарушен навсегда.
А ангел светлый, мой небесный,
Даёт уроки мастерства.

Слиянье душ проходит измеренье,
И пахнет раем из цветов.
Но бьётся сердце всё сильнее,
В тебе я вижу отраженье… вновь!

Как мне себя простить, не знаю,
И к сердцу не пускаю я…
Опалит душу, я сгораю,
Как в октябре горит листва.

О, ангел мой, прошу отваги,
И боль мою мне отпусти!
Играют душами привязки,
А ревность бродит по любви.

Ты в трансформации вселенной
Отчасти ищешь свой покой.
От этих чувств спасаться пленной?
Прими, услышь, поговори со мной...
Твой мир рождает представленье,
Признай, что это не вина...
И небо станет откровеньем
Не только для тебя...

НЕБО ПАХНЕТ КАРАМЕЛЬЮ

Небо пахнет карамелью – радостно смотреть.
Детство дарит нам мгновенья красочных потех.
Мы наполним чувства светом, сквозь несём года,
И неважно, сколько лет нам, – в сердце мы всегда
Теми, кто мечтал о многом, кем хотели стать…
Средь дорог, людей, прохожих мы искали гладь.
Солнце светит одинаково всем, кто верит в чудеса.
Кто душою наслаждался и ценил себя.

В путь свой сложный брали верных, праведных друзей,
И не знали мы, что вместе будет веселей…
Кто терялся по дороге – нёс мечту в руках.
Кто-то шёл вперёд, сбивая ноги впотьмах.
Каждый шёл своей дорогой сквозь превратности судьбы,
Жизнью строго закалялся и вкушал свои плоды.

Солнце светит одинаково всем, кто верит в чудеса.
Кто душою наслаждался и ценил себя.

И неважно, путь наш разный, как его мы обретём,
Важно только, кем мы станем на пути своём!
И теперь, свой путь итожа, видим мы ответ:
Принимая всё, что было, мы находим свет.

Обретаем мы надежды и свои мечты.
Важно то, кем стали мы...
На своем пути…
Я и ты...

НОВАЯ ГЛАВА

Помнишь то отчаяние — что цеплялась в темноте?
Мы хранили пепел чаяний в звенящей пустоте.
И верили что, это — всё, что нам сейчас дано,
Обернутое вокруг трухи, старое полотно.

Казалось, счастье спрятано в той ветхой сказке,
В пустых вещах и выцветших словах.
Из тлена мнимые лепили реликвии,
Забыв, что всё в итоге превратится в прах.

Но в пустоте мы обрели иную истину
И теплоту простых, душевных встреч.
Истинная ценность — не в старых вещах,
А в живом отклике в добрых глазах.

Это готовность мечту разделить,
Верить, надеяться и полюбить.
Жизнь не кончается в титрах финала,
Она замирает и снова делает вдох....
Чтобы страница опять засияла
Среди забытых и новых дорог.

Нас ждут листы, где нет ещё ни строчки,
Где каждый шаг — возможность подрасти.
Там расцветут из семечка росточки,
И сотни встреч на жизненном пути.

Позволь себе вписать свои желания,
Свои мечты, что в сердце ты несла.
Сквозь опыт, через боль и испытания
Твоя история опять ожила.

Глубокий вдох — и новая глава,
Загадки, тайны, светлые края.
Теперь ты пишешь главные слова,
И эта книга — только лишь твоя.

Впиши мечту...
Ожидает тебя......
Твоя... глава...

СТРАННИК - МИЛОСЕРДИЕ

В былую осень взгляд твой просит
Накинуть тёплое пальто.
И ветер листья вдаль уносит,
Стучится сердце в закрытое окно.

Мы стали старше, совсем другими,
И нежность слов прошла давно.
А годы наши, на нас не похожи,
В прошлое крутят кино.

Не лги себе тяжёлой ношей
И слёзы осуши скорей.
Пусть жизнь твоя течёт беспечно,
Без тени сумрачной моей.

Я странник павшего мгновенья,
Я отзвук прожитого дня.
Прошу лишь одного – смиренья,
И отпусти навек меня.

Дух восторженно кричит:
С кем по жизни мне идти?
В мир заката, перехода...
Страхи борются с восходом дня.

Бывает так, что в мире отражения,
Играют с нами детские воображения.
И знать бы в суете страстей подвох,
Когда за равнодушие, ревность и гордость
Принимают всё за любовь.

Не лги себе тяжёлой ношей
И слёзы осуши скорей.
Пусть жизнь твоя течёт беспечно,
Без тени сумрачной моей.

ДАР ЛЮБВИ

Любить не значит быть любимым,
Любовь, как дар, нам важно сохранить.
И тайна та, что трепетно хранима,
Та сила, что нельзя сберечь, разбить.

В одной руке – надменность колкой льдинкой,
В другой – смятенье, волнение и страх...
И кажется потерей, в глазах твоих – песчинкой
Исчез, развеян ветром, словно прах.

Но мир любви бывает хрупким,
Цена его – больших обид, тревог.
И манит жертва безрассудства –
Каприз ценою жизни на острог.

Мы можем долго быть в печали,
Нас окружает прежний мир...
Но я не в силах здесь понять морали:
Тонуть в пучине вязкой лжи.
Зачем так долго падать вниз?
И так цинично тратить жизнь?

Былые страсти от природы
Имеют свой законченный рассказ.
Живи в гармонии с собою,
Не признавай сатиры край.

Любить не значит быть любимым,
Любовь, как дар, нам важно сохранить.
Любить себя, когда невыносимо,
Порой судьбу свою простить.

Суметь судьбу простить...
Себя простить...
Жить…

ИСТОЧНИК МОЙ

Ангел мой, источник мой,
Мудрость черпаю с тобой.
Радость жизни обретаю,
Мир в душе своей встречаю.
И, шагая сквозь года,
Дух твой бережно храня,
Не предам вовек себя.
От заката до рассвета
Льётся музыка поэта.
Лист горит осенним днём,
Мы с тобой вдвоём.

Маски учимся снимать,
Чтобы суть свою познать.
Стать собой, свободно жить
И за всё благодарить.

Сердце светом наполнять,
Веру в счастье укреплять.
И доверие узнать
С теми, кто судьбою рядом.

Даже если тяжело,
Вижу путь свой всё равно.
Мой кораблик донесёт
Через волны дар бесценный.

Пусть не краток будет путь,
Лабиринт сплетённых душ.
Выбор дан, чтоб пожелать,
А любовь, чтоб подсказать.

Научиться отпускать...
И прощать... и отпускать...

ГДЕ-ТО ТАМ

Город спит в ночной тиши, фонари мигают.
По дорогам мчатся сны тех, кто не гуляет.
За окном застывший вид, зимняя усталость,
А во мне живёт мотив, чтоб вот-вот сорваться.
Снег накроет мостовые, не оставив и следа…

На вопрос ответ один – покупай билеты
И лети туда, где нас обнимает лето.
Карту снова я кручу, выбираю взглядом
Мир, в котором я хочу оказаться рядом.

Где-то там шумит прибой, волны бьют о скалы,
Где-то там нас ждёт покой, воздух пряный, алый.
Новый город, новый день, новые маршруты,
Просто верь и просто действуй, всё в твоих минутах.

Снег накроет мостовые, не оставив и следа…

Оставляя за спиной шумные проспекты,
Собирая в чемодан главные моменты,
Чтобы снова видеть сны, полные историй,
Про далёкие огни и бескрайность моря.

На вопрос ответ один – покупай билеты
И лети туда, где нас обнимает лето.
Карту снова я кручу, выбираю взглядом
Мир, в котором хочется остаться…

Остаться…
Где-то там…

МЫ ОСТАЕМСЯ В ВЕЧНОСТИ

Мы остаемся в вечности у места,
Которое притягивало сны.
Мы остаемся там, где наше детство,
И там блуждаем полностью одни.

Задумавшись, кружим среди тропинок,
Воспоминаньем освещая путь.
Но в лабиринте столь знакомых линий
Уже нельзя иначе повернуть.

И весь узор из пережитых смыслов
И наших дел, и мыслей, и судьбы
Включен во все, не в силах измениться,
Как в шуме моря звук одной волны.

ВСЕ НЕПОВТОРИМО

Этот день уйдет, как и другие,
В тьму небытия.
Есть ли в мире хоть одна причина,
Чтоб остался я?

Но причин для смерти или жизни
В мире нет.
Сквозь меня течет непостижимый
Белый свет.

Время — это лишь изнанка света,
Складка сна.
День и ночь, и ты, и я — все это
Лишь волна.

Набежала на берег и скрылась
В тишине,
И не удержать неповторимость
Кратких дней.

Всё придет к концу, исчезновенью.
Всё полно надежды не уснуть.
Всё невозвратимо. Всё священно.
Всё лишь только начинает путь.

ПО ДОРОГЕ ДОМОЙ

Вернусь туда, где степь приятна глазу,
И путь петляет, как счастливый сон,
И за волнами вдаль уходят пляжи,
И солнце заливает горизонт.

Где мне знакомы каждые тропинки
И мыслями ушедшего полны,
Где будущее солнечно и зыбко,
И через край переполняет дни.

Где скрыт судьбы неведомый источник,
И звездный свет подсказывает шаг,
И шепот моря говорит о том, что
И у меня есть, кажется, душа.

НЕТ ВРЕМЕНИ У МОРЯ

Я выхожу из дома прямо к морю,
Волну морскую трогаю рукой.
На море штиль. Нет времени у моря.
Оно — вчера и завтра, и со мной.

Прекрасно все. Прекрасен день осенний
И этот час, и эта тишина.
Прекрасно все на свете во Вселенной
И жизнь моя, пока она жива.

Все мудрецы поют, идя по свету.
И это все, что знаем мы о ней,
О мудрости. И истина вся в этом —
Кружиться в танце до заката дней.

ВРЕМЕНИ ЛАДОНЬ

И те, кто ищут, может быть, найдут;
И кто стучит, тем, может быть, откроют.
И вновь волна накатывает звук
На берега неведомого моря.

И времени раскрытая ладонь
Поддерживает будущее солнце,
И снова оживает древний сон,
В котором целый мир вот-вот начнется.

Песчаный пляж изогнутою лентой,
Не отрываясь, убегает вдаль
На горизонте линией рассвета,
Переходя от моря к облакам.

И если долго вслушиваться в это,
На небо запрокинувшись, то звук
Волны и солнце, и песок, и ветер
Вновь собирают время в вечный круг.

НА ПОРОГЕ

Для счастья сотканное время
Цветами радуги полно.
Мелодия большой Вселенной
Доносится в мое окно.

И слышится мне ветер странствий
И ветер скорых перемен.
И время заперто в пространстве,
Как жизнь в один рожденья день.

И каждый день, как день пророчеств,
Наполнен звоном тишины,
Прощаний, радостей и прочим,
И ожиданием войны.

В БУДУЩЕМ

А в будущем, рисующемся взору,
Нет времени, нет смерти, только море.
Сбылись все несбывавшиеся сны.
И все, что есть, все движется любовью,
И люди там напоминают волны,
И их сердца всегда озарены.

ЗИМНЕЕ ЧУДО

Во дворе тополя плачут в зимней тиши,
Ждут снегов и скучают по белым оборкам.
Удивляясь, смотрю на травин мятежи,
Что расселись по тёплым парящим пригоркам.

Захотелось вдохнуть воздух пасмурных дней
И пройтись по дорожкам вглубь сонного парка,
Чтобы встретить под туей цветок розовей,
Чем настой каркаде, чем гвианская марка.

Он расцвёл в декабре под покровом ветвей,
Даже иней его лепестки не пугает.
И с его появленьем на сердце теплей,
Непоседливой искрой меня вдохновляет.

ВНЕЗАПНЫЙ СНЕГ

Внезапный снег апрельских дум
Укрыл и землю, и дороги,
Пожары погасил и шум
И мягко приглушил тревоги.

Затишье – это неспроста:
Природа любит удивленье
На лицах, ловит для холста,
Испытывая наслажденье.

И, образ создавая вновь,
Его загадкой награждает.
И сказочный земли покров,
Как облако-виденье, тает.

ЛЕТЯТ НАД КРЫШАМИ ГРАЧИ

Летят над крышами грачи,
О лете больше разговоров.
И ярко бьют в глаза лучи,
Острее гул и шум моторов.

Весна тут лужи разлила:
В «Пройди» с прохожими играет,
Свои порядки навела,
Капель ей в этом помогает.

Сугробы тают, словно пар,
Асфальт являя метким взглядам.
В окне заметен самовар
И кот в сметане рядом.

ЕЙ ДАЛИ В РУКИ ТОЛЬКО МЯЧИК

Ей дали в руки только мячик,
Не объяснили правила игры.

И смотрит восхищённо мальчик
На проявленья суеты.

Не знает девочка, зачем ей
Держать всё врем мяч в руках.

Намазан был он слоем клея –
Дрожит обида на губах.

НА ДВОРЕ СИДЕЛИ КОШКИ

На дворе сидели кошки,
Мы играли в магазин.
Было всё там для окрошки,
Только не было витрин.

Наши кошки вдруг вскочили,
Побежали к нам, как гром.
Разбросали «перцы чили»
И устроили погром.

Долго бизнес мы спасали
От бульдога, лап, когтей!
Две соседки помогали:
Уводили поскорей…

За углом, как только скрылись,
Кошки сели у корзин.
Под прилавком очутились –
Будет зоомагазин!

С ДЕДОМ

Люблю я с дедом в мяч гонять!
Я супер-форвард, он в воротах.
Забью пенальти я на «пять»,
Не зря хожу в футбольных шортах!

Я вырасту и попаду
В Спартак, в Москву, и стану асом.
На матчи деда полетит
На самолёте –
высшим классом!

ЛЕТОМ

Лужайка светится зелёным,
Летает детский самолётик
Манёвром плавным и спокойным.
И нежится на солнце котик.

Пылинки, комары, косицы.
Дымок плывёт, свиваясь.
Щебечут отовсюду птицы,
В одну мелодию сливаясь.

И ветер шелестит листвою,
Играя с солнцем в прятки.
И дышит всё любовью,
И мысли все в порядке.

В ОСЕННЕМ ЛЕСУ

Мы гуляем в осеннем лесу –
До чего же красиво здесь!
Я бы хотела встретить лису,
Ты же – грибов пять или шесть.

Шелестим: по тропике бредём,
Листья вертятся от ветерка.
Вместе с природой концерт создаём
И смеёмся, что сводит бока.

Шишки с нами играют в лапту
(Не гадали, что будут летать).
Вспоминаем, что мох и листву
Для поделок ещё собирать.

Солнце сверху сквозь ветви глядит,
Свой осенний ведёт хоровод.
Вот и грибные места впереди –
Может, туда и лисичка придёт?

ВДОХНОВЕНЬЕ

На черных ветках позолота
и птиц прощальное крыло,
Но есть на белом свете что-то,
что нам понять не суждено,
когда рождается оно…
Ромашки белой откровенье,
И новой строчки вдохновенье.

НЕ СОШЛИСЬ ПУТИ

Желаю вам на дне морском
жемчужину найти.
Желаю не жалеть о том,
что не сошлись пути.
Желаю вам на свете том
меня не обойти.

ЗИМА В ГОРОДЕ

Дворник душу выскребает,
А снег все валит, валит, валит…
Но мне не спится.
Стихи ложатся на страницу,
и метель их заметает…
А снег все валит, валит, валит…
И дворник душу выскребает.

НАЧАЛО

Так сначала не поймешь,
где ждет правда, а где ложь.
Что ушло, то не вернешь
ни за тыщу, ни за грошь.
А, что случайно повстречала,
Тому Бог дает начало.

КРЕЩЕНИЕ

Сегодня в водах Иордана
Господь крещен от Иоанна,
и Дух Святый над ним парил,
и Бог Отец благовестил.

ИЗДАТЕЛЮ

А вы летали ли с Виталием в Италию?
Нет, я не летала с Виталием в Италию.
Я лелею «НОВЫХ СЛОВ» моих галерею.

О ЛИТЕРАТУРЕ

Не все, что пишут и читают,
литературой называют…

ПРО ТВОЮ ЛЮБОВЬ

Млечный Путь под ногами гаснет,
И признания твои… о Нём!
Задыхаясь в петле из страсти,
Всё в сознании жгут моём…

Где ты выдохлась… счастья фляга?
Я не в силах судьбу принять!
Твой привычке послушный скряга
С пыли капли готов поднять…

И сквозь смех истерично плакать
Правде жизни в немом кино…
Где рутины желаний… слякоть.
Да чужого следа – пятно!

Вновь один… на дороге зыбкой
Затеряюсь, но всё равно!
Я махну тебе вслед, с улыбкой,
Сквозь открытое в ночь окно…

ПРО ЛЮБОВЬ И СВЯТОСТЬ

Дрожали губы на заре,
Молитвы повторяя строчки…
Господь… с креста на алтаре
Венчал огнём свечей цепочки!

Мой грех единственный так мал…
На карнавал любви без правил
Твой ангел в сеть меня поймал.
Воображенья… правит дьявол!

На образах… чудесный лик!
В дыму прозрачном сновидения –
Движением плавным губ... двойник
Ласкает рук прикосновенья…

Мне лабиринт любви… Tебя
Рисует меткой у собора!
Святые больше не со мной…
Обратный путь найду не скоро!

Души осколки в благодать…
Летят на зов сирен запретных!
С цветов ума нектар собрать.
А пчёлы мыслей разноцветных…

Обвили музы… тонкий стан
Ключом скрипичным наважденья.
Ах, как звучит любви орган!
Схожу с ума в его владениях…

ПРО КАМЕНЬ НА СЕРДЦЕ

Дождь милосердный, не молчи!
Зажги на камне в сердце свечи!
Пусть мой ковчег с Любовью вечно…
Колышет пламенем в ночи.

Годам земным послушным стану.
Рукам беспомощность прощу…
Но красть Её… не перестану!
Глазами в снах не отпущу!

Мой дерзкий рай… из мыслей грешных,
В ночном саду её клубясь,
Струны печали и надежды
Коснулся, тихо растворясь…

Я лиру чувств, мечтой согретый,
Молю… потери тон сменить!
Но зверь в душе, мечом задетый,
Не может кровь остановить…

Как долог путь себе навстречу
Из плена дьявольской печи!
Мне капли падают на плечи,
Стекая слезами в ночи…

И вьётся чести… лист зелёный,
Как одинокий патриот…
«Палач любовницы Вселенной
В цветке раскаяния умрёт!»

Ей вслед, отчаянно шепчу…
«Прости, гордиться больше нечем!
Над камнем стебель свой кручу.
Твой посох с ним… теперь обвенчан!»

И знаю, с чистого листа…
Блеснет в ночи мне жизнь, но это
Лишь путеводная звезда!
Звезда «счастливого»… поэта!

ПРО НЕВОЗМОЖНОЕ

Отчаявшись в круговороте века…
Свернувшись жалобно зародышем в бреду,
Казнил в себе я, не родившись, человека!
С самим собою, разобщенным, плыл в аду.

И мерил дни, c календаря срывая…
Терпения лист – привычный свой удел!
Искал я Нечто, голову теряя
С венцом терновым бесконечных дел!

Играл себя, жил отражением чуда,
Зеркальный мир которого посмел
Души комок втянуть… из ниоткуда.
Да счастьем обернуться не сумел!

Но вот, на семя бренное взирая,
Вниз опустил Творец мне в первый раз!
С ковчегом Ноя отголосок рая…
И пару драгоценных, милых глаз!

Строкой без слов, где чувств безумных стая
Скрипит пером, останусь в них навек!
Любви своей крещение принимая…
Ведь с ней родился новый Человек!

ЛОДОЧКИ

Как бесконечен день весенний в детстве.
Как быстротечно время наше вместе.
Бесследно гаснут солнечные сны
счастливой юности беспечной.
Как ноготков цветки в пыли,
они издалека теперь едва заметны.
Черства портьера лет от нас, безвременно ушедших.
Блокнот с твоей поэзией,
оставленный на память мне, тускнее каждый вечер.
Мир полон пустоты,
забитой до предела горем человеческим.
Перед глазами чей-то дух захваченный подсвечен,
подпрыгивали глазки радостно
в скользящих лодочках-качелях,
съедали грудью воздух жадно,
беззаботно, ножки свесивши, –
я стал свидетелем чужого детства повести,
катясь под горку летом в тесном щёкинском автобусе.
Держитесь дружно, слёзы, в синих блюдцах озером,
росой почийте на ресницах,
не омрачайте сплином счастья возгласы.
А вы, родные, копитесь да катитесь,
вам хочется гнездо оставить
и серебряным ручьём разлиться.
Я не сумел тогда запомнить эти молодые лица,
лишь сохранил внутри
оранжевый оттенок апельсинового солнца.
Когда-то в прошлом так же, как они,
мой лёгкий дух, смеясь, в мечтах носился,
питал любовь, утраты горечи не знал,
с судьбой за жизнь не должен был бороться.

ГОЛУБОЕ СОЛНЦЕ

Старинный дом, которого за поворотом больше нет.
Широкий липы лонжерон
не заслонит отныне тротуару свет.
Никто живьём не выпустит
из круга колокольни запертые цифры,
не станут вызволять умышленно
привинченные кем-то стрелки.
Не вздумай ветром рисовать
себе дорогу через городские закоулки:
твои амбициозные шаги заметит сверху голубое солнце,
откусит с кожи хищным взглядом сизый ломоть пепла –
укрыться от расправы смогут только
тени в бахроме замшелого болотца.
Когда раздастся в летнем воздухе
ласкающий прилив акации,
смешай его с морской водой,
тесёмкой поминальной завяжи,
бреди береговой косой по праху сумерек ночных
и на оборванную нить судьбы
цепляй ракушек тусклых черепки.
Твои слова заточены под частоту хлопка одной руки.
Глаза заслонены мирской тоской,
хотя не сломлена надежда в них.
Через дыру на дне мешка слышны обрывки
чьих-то глупых фраз и брань.
Аплодисменты голубей
в морозной подворотне января прервали этот сон.
Придёт февраль, за ним оттает март,
опомнится апрель –
взойдёт на горизонт сапфировый пигмент,
расслышится духоподъёмная весны капель,
а ближе к лету вспыхнет охрой
вдалеке зарницы майской силуэт.
Рассветом станет полюбившаяся тень.
С ресниц болезненных зола тяжёлая спадёт,
и новой жизни день тебе над головой,
любя, звездой сгорающей сверкнёт.

БОЛЬШОЙ И БЕЗЫМЯННЫЙ

Посмертно сложены горой
во мгле веков холодные секунды.
Закручены вокруг небрежные прутки венков –
поминки сыграны безлюдно.
Молчат на пустыре пласты космических эпох,
отмерены судьбой для них песчаные могилки.
Рисует ветер призраки сиреневых крестов,
седеет прах надежд на жертвенных простынках.
Несбывшейся мечтой истёрты в пыль
пунцовых человеческих костров фрагменты.
Искусаны, исщерблены, потрёпаны
истории земной неповторимые моменты.
Захоронили дни, за вечный упокой истлели свечи,
и лица наши в памяти других людей
теперь обречены огарком с воска плеч исчезнуть.
Дай, боже, милости для всех,
кто бьётся в этой бесконечной пьесе.
И равновесия для покоривших пьедестал –
отметившихся блеском в прессе.
Мы строим время вместе, поднимаясь к небу выше,
дыша, утаптываем легион почивших
в бездне поколений.
Затихший стук усопших с честью мышц сердечных
навечно сохранён в молитвах их детей,
припавших на колени.
Рыдала вечность, мир калеча.
Большой и безымянный троекратно скрещены.
Не плачьте, милые, не истязайте души тщетно:
идея отзовётся громко,
и замысел большой достигнет цели непременно.

ПОД ВЕТКОЙ ЯБЛОНЕВОЙ

Родился без копейки.
Под веткой яблоневой ласточками вскормлен,
рассыпан белым светом на цветочные пелёнки.
Напетый ветром крошечный таинственный комочек.
Расстался с небом,
чтобы вить узор из стихотворных строчек.
Зарю поджёг его проснувшийся хрусталик,
рассвет разбит теперь
фантасмагорией божественных фантазий.
Укрыл ладонью юных облаков лесов опушки,
разлил ручьи, смеясь,
и расчесал берёз зелёные верхушки,
закатные костры волной любви раздул,
прибил мазком к вечернему холсту холодную луну.
Покойно в вереске лежит
украшенный звездой заветный луч.
Вокруг него – весеннее тепло,
настойчиво стучится в поле где-то новый ключ.
Однажды должен будет дух его, скорбя, уснуть,
забыть навечно отчий безмятежный луг,
оставить на холме едва заметный крест из снежных роз
и наблюдать, как ласково стучится в землю
жемчуг раскалённых материнских слёз.

АНЕЧКА

Была бы ты Анечкой
с мерцающим зайчиком на чубчика краешке.
Веснушек море на улыбчивой твоей мордашке,
щербинка звёздочкой на синей океана радужке.
На шее – бантик,
на чашечках – отметины речных ракушек,
восход мурашек над изгибами твоей молочной кожи.
Купаться захотелось мне от ясности
твоих сияющих ключиц.
Еженедельник закопать
в глуши и своё сердце к твоему пришить.
Дотронуться до пропечённых утюгом
изящных плеч твоей рубашечки с коротким рукавом.
Кумиром стать твоих каштановых волос,
пристрастно сложенных пучком.
Под соснами лежать с тобой вдвоём
и обсуждать, как мил за склоном водоём.
Прожить, как песню, вместе месяц май,
июнь, июль и так же август.
А в декабре на ёлку спешно собираясь,
увидев в зеркале свои глаза,
казнить себя за то,
что о любви тогда тебе не рассказал.

ДОЖИТЬ БЫ ТОЛЬКО ДО ВЕСНЫ

Дожить бы только до весны
и воротник на куртке отложить.
Десяток пальцев обнажить,
босым по Ясной не спеша ходить.
Свой кокон беззащитно навзничь уложил,
с закрытыми глазами вглядывался ввысь.
Затопленный запомнил луг
с приговорённым снегом талым,
поил меня теплом спасительный апрель,
и боли небо бескорыстно растворяло.
Волосы вольные русо-пепельные,
за волнами времени скрывается
в сердце молодость спетая,
возносится зноем безропотно святое горе человеческое,
на краешке поля в прахе зимнем
солнца сполохи светятся.
Между богом и берегом
жизнь мне вечная доблестно грезится,
а дух тем временем
витает где-то ветром рядом с телом Андреевым,
над блюдцем белоснежным
крупицей бессмертной надежды нежится.

В ПЕРЛАМУТРЕ УТРА

В перламутре утра – горсть скользящих птиц.
В коридоре душном вечно пусто,
а узор двери сверлит печали в ритм.
Одиноко плачет переулок,
будто хочет улицею главной стать.
Больно скучно, страшно, правда,
праздник смелый людный начинать.
Времени свободы утлой в тот момент,
когда спешу по встречной ладом шустрым,
хватит мне минут всего на пять.
Снова ладан слышится повсюду.
Скоро стужа, значит, обувь нужно поменять.
Станет Родкин споро бегать, про себя стихи в тепле писать.
Дробным шумом лопастями будет ветерок напольный жар ногам передавать.
Не молит сжалиться, когда темно над теменем.
Милей всего ему тот звон босвеллии и знак в созвездии, как звук спасения.
В последний жизни понедельник две ветви линии ума дадут плоды, которые не сохранит карман.
Пока звучит грудной мой барабан, внимаю колокольный гром, шагая напрямик.
Алеет городской пейзаж, и рвётся изнутри беспомощный героя крик.
И до конца не пощадит, не стихнет вихрь, устаканится лишь этот стих.
Тёрна иглами бить его крепче следует,
чтоб шибче реяли
да ярче высекались
мыслей искры ввысь.

ХРАНИ ХРОМЫХ

Храни хромых,
кривых,
жестоких огради от них.
Не ослепи прямых
беспечной праздностью дней безмятежных.
Моих врагов искалеченных душ тупики
истопи заветом надежды.
Смягчи шипатый панцирь их брони
да свей для всех венцы.
Целиком себя глазам разоблачи,
сердцами мы тебя уже смогли заметить.
Как видно в каждом человеке тень его креста.
Как солнце ждёт момента, чтоб над горизонтом встать.
Как странные стирают обуви подошвы
и точат одиночеством тела.
Во имя чьё и вопреки чему –
сам каждый для себя определит,
назначит свою душу кладбищем для зла,
где каждая плита заботливо овита будет
цветами всепрощающей любви.

СТИХ ЧЕТЫРНАДЦАТЫЙ

Я вашу злобу переплавлю в милость.
Глаза, в которых горе отразилось,
утешит скорбное причастие моё.
Да раскалится сердце, ищущее голос,
одно оно в живых во мне осталось.
Смелей шипы в меня вонзайте,
пытайте лицемерием и твёрже цепи заплетайте.
Согрею солнцем и очищу ваши руки,
ждать неотступно буду любви пробужденья.
Предателям стану носить цветов полевых букеты,
тихо звать отца и молить,
в сентябре чтоб не кончилось лето.
Гнев кормя и обиды впустую стяжая,
грубые духом не смогут правды полноту узнать.
Способность к прощенью,
терпимость к судьбе незнакомой
доверием богу можно только воспитать.

БЕЗМОЛВНО СЛЕДУЮ ЧЕРТОЙ

Безмолвно следую чертой под звуки шумной мостовой.
Хотел бы, чтоб под путепроводом прошёл
состав гремящий, грузовой.
Шуршит текстиль танцующих флажков,
висят вдали созвездия окон.
Наружу смотрит янтарём уютный кухонный проём.
Раз день прокис, питайся звоном огоньков.
Смирись умом, не спорь с враждебной городской средой.
Повесь на прочный гвоздик свой избитый бытом кокон.
Сведи на нет грехи, пока не стало слишком поздно.
Живи день до конца,
не останавливай, пожалуйста, бой сердца.
Пиши, как прежде, сидя в уголке, стихи.
Хоть даже сумерки бессмысленно черны,
гори внутри, на лучшее надейся.

ВНЕЗАПНО С ТРЕСКОМ ЗАМОРГАЮТ ФОНАРИ

Внезапно с треском заморгают фонари,
прощупай пульс и убедись, что ты не спишь.
Из ниоткуда искренне вдруг прыснут мотыльки.
Момент погиб –
ведь ты не будешь в этом каждого винить?
Свет стал непредсказуемо упруг и выспренно игрив,
как будто понял,
что получится сбежать в условностей разрыв.
А мне по-прежнему придётся в теле этом жить.
А мне хотелось ключ от выхода на крышу раздобыть.
Запаян лаз, искусен сплав его,
забыть про взлёт и нрав предать – не мой соблазн.
И даже если некому звонить, прижмись наперекор,
узнай, как терпелив гудок.
Раскатисто исполнится аккорд
и с эхом закружится в пропасти ушной.
К поверхности стремится вдох.
Сквозь груду вязких волн слышны шептанья мотыльков.
Я в зеркале разбитом отражён,
на ощупь строю смысл слов.
Прорежется розеткой колкой специи мотив,
добьётся славы гром, калеча выдумки гранит.
Всплывать начнёт тогда измученный фантазм.
Кустами воплей вспорет комнату освобожденья хрип.
Надёжнее, чем этот, обмана не найти.
Займись другим, не упрочняй своих оков.
Тревоги раствори бессонных облаков,
разлуку гор со звёздами пойми
и травы расчеши лугов.

НА ГОРЬКОГО

На Горького пронизана поэзией
заснеженная горка зимняя.
И каждый раз проездом мимо дома частного
с каркасом, выкрашенным в синий,
я вспоминаю в небе летнем птиц красивых.
А боль моя невыносима.
Я снова утром выжил, хотя и не просил об этом.
Я не хотел стать призраком с душой поэта.
Но ведь заметна лирика в угрюмом уличном кирпичике.
Взгляни, как героически
толкает часовую стрелку пульс событий.
В бутонах алых рук
султаном вьётся огонёк продрогшей спички.
И снова громко светит мне звезда
из-за обломков сшитого затылка.
Ручьём летит над головой источник милосердной силы.
Зачем ты ежедневно тщетно
ищешь в чём-то скрытый смысл?
Казни ума тревогу под крестом
расплавленной дыханием снежинки,
покойся одиноко в тихом доме
на дивана бело-чёрной спинке.
Всё на своих местах.
Порыв словоохотливый сдержу, сомкнув уста:
уж лучше клювом красным с ветки щебетать,
приняв иной, лесной, устав,
чем блефом истины кормиться,
в зеркальной бездне бал крутя.

ЗАГАДОЧНАЯ ТАЙНА

Загадочная тайна, талантливый мгновения припев,
в бушующей реке решающий настиг меня судьбы порог.
Схватил неуязвимую наружность на прощанье –
в объятия её облёк сплетеньем текстовых пластов,
скопленьем созванных во чьё-то имя слов,
созвездием привидевшихся снов.
Скреплю обет, задвину накрепко засов,
припомню каждый чувством схваченный восход,
к черте финальной смелый совершу поход.
За что? Почему умирают цветы?
Чьи-то пальцы стянут
с тонкого запястия мои спешащие наручные часы.
Тела контур медленно в углу простыл,
душе хребет тяжёлые грехи давно простил.
Теперь доспехи вынуждены будут монотонно увядать.
Никто не знает,
почему зверёк упорно продолжал дышать.
Он сердце кровью спелой щедро омывал.
Рисунок скорби цветопластикой
рождённой лирики приукрашал.
Шрамировал усидчиво навечно веры ритуал,
подпитывал и пестовал
потенциал слепой возвышенной любви –
молитвами, примером собственным
спалённые поля учил расти.
Пожалуйста, спрячь меня!
Быть бы мне сбившейся с компаса поступью в полночи.
Если вспомнят,
запутай след мой долгими тропами волчьими.
Пускай плющом в окружности
сырой заброшенной темницы,
прошу, позволь мне видеть
только любящее солнце, отче,
чтоб мысленно, вполголоса,
в мечтах своих стрижом кружиться
и камнем острым падать в землю беззащитно.

ПРЕДСКАЗАНИЕ

Ждёт меня милый
...там, у конюшни с конём,
Тёмные тропы,
Встречные ветры играют огнём.

Ждёт меня милый
...там, за закатом, всё сон,
Путь в край далёкий,
Пара сердец замолчат в унисон.

Ждёт меня милый
...там и печали, и страсть,
Прошлого тени,
Рвущие негу в утренний час.

Ждёт меня милый
...там золотое кольцо,
Простенький домик,
Кошка котят принесёт на крыльцо.

Ждёт меня милый,
...там не вдохнуло дитя.
Ждёт тебя, милый,
С ним на кровати и мёртвая я.

Ждёт тебя, милый,
...там (Ты узнаешь её).
Она тебе сына
Подарит и смысл – люби же её.

Ждёт меня милый
...там, у конюшни с конём,
Слёзы разлуки,
Там, за закатом, всё кажется сном.

ПРО СВЕТЛЯЧКОВ

Каждый из нас хоть раз
В тёмную чащу входит.
Туда, где весь свет погас,
И леший по кругу водит.

Туда, где шаги не в счёт,
Нет выхода там и входа.
Где страх по спине ползёт
С мурашками в хороводе.

И вот, в темноте веков
С под ног потеряв тропу,
Что крошками храбрых слов
Ты превращал в строфу,

Стоишь, и не в силах верить,
Что прошлое, как туман,
В нём жуткие бродят звери,
И будущее – обман.

Хруст – это где-то ветка,
Замерло сердце в миг,
Был молодой красивый,
Крик, и ты, как старик.

Жадно глотаешь воздух,
Ищешь опоры твердь.
Сквозь пролетают пальцы,
В пепел грудная клеть.

Больше не в силах помнить,
Меньше не в силах дать,
Тело прижать к земле,
Ужас позвать и ждать.

В этот момент, поверь мне,
Не закрывай глаза,
Звёзды лесные вскоре
Вдруг окружат тебя.

И фейерверком ярким,
Тысячей огоньков
Лес засияет так, что
Описать не найдётся слов.

Разбудят они надежду,
Будет там и мечта,
Увидишь во тьме улыбку
Мистического кота.

И в свете зелёных искр
Вновь различишь тропу,
Ты тайны коснулся чистой,
Она освещает тьму.

Восторженно сердце бьётся,
Шёпот ночи ласкает слух,
Когда ты живёшь под солнцем,
Темнотой проверяют дух.

Дорога под ноги льётся,
Как выйдешь из леса ты,
Помни, во тьме по искрам
Как шёл,
И всем о том расскажи.

У НАС ЗДЕСЬ ХОРОШО

У самой кромки заката
Теплого моря прилив,
И желтое с черным мешает
Мзымты спокойный излив.

Нас горы мягким туманом,
Прилюдно касаясь собой,
Требуют, просят остаться,
Напиться их красотой.

Здесь солнце с дождем вперемежку,
Как рогоз с камышом вдоль дорог,
И что-то навсегда нежное
Присыпано между строк.

Хорошо – это личное чувство,
Но я поделюсь им с тобой.
Прилетай навсегда или на день
Туманы трогать рукой.

НАПОЛНИ

Заполни жизнь мою смыслом.
Утром в Париже
Голуби с крыши
Слетают на зов старика,
Что кормит голубок
Сорок лет
С лишним.

Заполни жизнь мою смыслом,
Бокалом вина.
Плетёное кресло,
Вид из окна,
Старость в Неаполе –
Это потом,
А пока

Наполни жизнь мою смыслом.
Водою из Сены
Я обтекаю углы и темы.
Море в глазах моих.
Видишь,
Я так слаба.

Заполни жизнь мою смыслом,
Стержнем, основой,
Счастия искрой,
Капелькой крови,
Красною нитью,
Что никогда
Не будет тонка.

ПРОСТИ МЕНЯ, МАТЬ

Душа моя… к дому…
Сквозь этот лес и дальше… по полю
Мимо холмов напрямик… через Волгу
К берёзе,.. что у калитки скулит на морозе

Собаки, почуяв, замрут… перед боем.
Прости меня, мать, сын пал… не героем.

2008

Встречи. Расставания. Случайные свидания.
Мысли разбегаются. Текут.
Я жду без сожаления. Наступит и прощение,
Ведь даже близкие когда-нибудь умрут.

Ты был со мной. Мы были парой.
Мы были счастливы, а может, и ничуть.
Ты был со мной, иль я была с тобой. Мы были парой.
Ведь даже чувства нас подводят, чувства врут.

Мы обнимались. Целовались, мы встречались.
Мы оставались рядом – мы вдвоем.
Мы были близко, были рядом, были парой,
Но мы расстались. Так решили мы потом.

Год встреч, разлук, сближений, расхождений.
Мы были рядом. Вместе быть нельзя.
Мы разошлись и судеб нить сплетений
Разъединила нас так быстро, как нельзя.
И ты ушел. Ушел из мира отчуждений,
Из мира скуки, скорби, суеты.
Сбежал с другими от своих стремлений
В мир наслаждений. В мир своей души.

Но ты ушел, а на земле тебя не стало.
Ты умер здесь, оставив все, как есть,
А я живу, все не начав сначала,
Воспринимая то, что рядом. То, что есть.

* * *

Ты снова посетил мой сон,
и да, я рада этой встрече.
Давно ты от меня ушел,
Но я все помню этот вечер.

Тебе сказала не «Прощай»,
Произнесла лишь «До свиданья»,
Теперь осталась только пыль,
Обрывки от воспоминанья.

Друзьями я хотела быть,
Раз не сложилось что-то больше,
Но смерть ты научил любить
И жизнь ценить намного тоньше.

Я рада встрече хоть во сне,
Раз уж не свидимся на свете,
Я помню лучшее в тебе,
За память только мы в ответе.

* * *

Пообещала, что всегда любить я буду,
Нетрудно мне держать свои слова,
Тебя при жизни точно не забуду,
А значит, я тогда была права.

И это не мешало мне влюбиться,
Не помешало и женою стать,
Тебе не помешало б пожениться,
Если б невесту вмиг не потерять.

Сложились странно очень Ваши жизни,
И ты сильнее научил любить живых.
А разве трудно продолжать любить умерших,
Легко, и можно даже за двоих.

Я перестала смерти за других бояться
И будущее созерцать сквозь страх,
Тебя благодарить буду за это,
Ты где-то жив, хоть и в земле твой прах.

* * *

За стеклом лицо знакомое. Ты в автобусе сидишь.
Радость – чувство мне не новое,
но сейчас ты так пьянишь.
Муха по лицу елозит, мысль ужасную неся:
Это сон, но рада, рада я, хоть во сне узнать тебя.

Раньше в снах я и не помнила, что тебя на свете нет.
А теперь лишь с расстояния ты послал мне свой привет.
Смерть все больше лик лишь истинный
открывает предо мной,
Вот и родственников близких забирает уж с собой.

О тебе ж воспоминания все расставят по местам,
Да и редкие свидания в мире снов умчат к мечтам.
Жизнь идет и жизнь хорошая, жаль,
что в ней уж встречи нет.
Но во сне всегда готова я передать тебе привет.

* * *

Спасибо, что ты не уходишь совсем
из теперешней мысли,
Хоть смерть стала освобождением от серой,
унылой жизни.
Тебе не нашлось в ней места, пожалуй еще с рождения,
Но все ж ведь бывали приятные и у тебя приключения.

* * *

Радость – манящее чувство, но муха – страх, да и горе.
Радость и грусть параллельны, если я помню о смерти.
Но радости все же больше в жизненной круговерти.
Мысли тонут друг в друге, сон рассеется вскоре.
Останутся только чувства, как волны на шумном море.

БОЮСЬ

Знаешь, я боюсь признаться в том, чего еще и нет.
Но уже гляжу с опаской на скользящий мимо след.
Я ищу тебя глазами, только в здание входя.
И идя к тебе навстречу, я робею, как дитя.

Отвернешься ненароком и пойдешь, куда ты шел,
А во мне уж сотен мыслей рой бушующий прошел.
Я боюсь тебе признаться в том, что я хочу любить,
И тебя в свои секреты другом лучшим посвятить.

Я боюсь тебе признаться в том, что встречи долго жду.
Я боюсь, не угадаешь смысла, что в слова вложу.

КАЧЕЛИ

Я так хочу того, что ты не можешь мне дать.
И если ты захочешь дать, я откажусь принять.
Все это рвет меня изнутри на части.
Еще никогда я не была настолько в чужой власти.

Меня швыряет через день от тоски
и боли до смеха и радости,
Я растворяюсь в своих чувствах,
как ребенок во время шалости.
В горле комок, на мокром месте глаза.
Иногда предательски вырывается и слеза.
Стало колоть в груди. Не могу уснуть. Скучаю.
Сто раз на дню обижаюсь, прощаю и принимаю.

А ты и десятой доли не замечаешь того, что происходит,
Что кто-то тебя любит и места себе не находит.
Может оно и к лучшему. Тебя отпускаю.
Пройдет сейчас три минуты, и я осознаю:
«Люблю. Скучаю».

* * *

Обманутые ожидания.
Никому не нужные страдания.
Приятные воспоминания.
Короткие встречи, признания.

Взбалмошные поступки.
Улыбки, звонки, интернет и его промежутки.
Зашоренность мысли, песни,
мелодии, фотографии.
Пустые слова и важные, перебор биографии.

Тонкая грань доверия.
Стертые границы общения.
Прерванная самоизоляция.
Птицы, цветы и прострация.

Не было преступления,
Но пошатнулось доверие.
Можно продолжить общение,
Но поубавилось уважения.

Каждый при своем останется.
Вряд ли у кого-то ума прибавится.
Запятая или многоточие,
Знак вопроса, тире, двоеточие?
Разочарование ставит точку
За неукушенную мочку.
Любовь говорит о прощении,
Остальные чувства в смятении.
Не нужно знаков препинания,
Утро проявит желания.
Посмотрим, что будет дальше.
Лишь бы не было фальши.
Без ожиданий пообщаемся,
Тогда и поймем, кем на время расстанемся.

УШЛО И БУДЕТ

Ты растратил чувство, потерял желание,
Значит скоро новое ждет тебя свидание.
Ты подаришь нежность ей, ласку и внимание.
Мало что вместит твоё обо мне воспоминание.

Ты созрел до новых и серьезных отношений.
Может даже для неё готов и для свершений.
Только времени теперь на дружбу не останется.
Обещания не выполнить, ведь случай не представится.

Буду я скучать безумно и, может быть, обижусь,
Счастья искренне желать и ссорой не унижусь.
Говорят, один лишь любит, другой же позволяет.
Знаю, не у всех такое, хоть часто и бывает.

Время уходить настало, все пройдет естественно.
Только вот тоска пристала и мучает торжественно.
Не готова отпускать и терять общение,
По щекам опять слеза и нервов сотрясение.

Не смогу тебя забыть, хоть страсти и улягутся.
Не смогу и разлюбить, лишь раны подзатянутся.
Время унесёт ту боль, оставит благодарности,
Радость от былых минут, намеков и опасности.

Никогда не повторится больше пережитое,
От того все ещё грустно и тело, как избитое.
Будешь иногда писать, нормально ли все спрашивать,
Буду краски я сгущать, а, может, приукрашивать.

Будет как, сейчас гадать – дело бесполезное.
Есть лишь правило одно точно, как железное:
Будем оба знать всегда, что есть на свете человек,
У которого душа родная, преданная нам на век.

НАВСЕГДА

Ночью слезы рвутся, льются слезы днём.
Я тебя простила, чтоб себя потом.
Не было здесь правых, виноватых нет.
Только и остался на душе твой след.
От воспоминаний грустно, тошно и тепло.
Как же так случилось, почему ушло?
Всё могли исправить или не могли?
Клятвы не исполнив, судьбы развели.
Горько, больно, тошно, пустота вокруг
И тепло от прошлого, как тепло, мой друг.
Не могу осмыслить, не могу принять.
Как же мне свободной снова можно стать?
Тянет, тянет снова, сильно и всерьёз.
Я люблю безумно, нежно и до слез.
И не вижу будущего, нет его у нас.
Слишком много гордости и ненужных глаз.
Всё уже закончилось, всё уже ушло,
Все обиды кончились, злости нет давно.
Только и осталось: будущего нет
И в душе оставленный навсегда твой след.

НИКТО

Была семья. Ты не заметил.
Была любовь. Не оценил.
Не раз уж в жизни счастье встретил.
Его, как прежде, загубил.

Тебя заводит лишь ненастье.
Бросаешь взгляд лишь на тоску.
Во всём ты видишь недостатки.
Не яви отдаешься – сну.

Одна устала улыбаться
И подмечать все краски дня.
Устала за любовь сражаться,
Обиду в сердце привнеся.

Устала ждать, когда вернёшься.
Устала верить в пустоту.
От обещаний отвернёшься
И снова завернешь мечту.

Ты не придёшь и не догонишь.
Не позовешь, не позвонишь.
Себе проблемы нарисуешь
и их решать не побежишь.

Ты ветер в тундре своенравный:
Холодный, чёрствый и живой.
Найти ты хочешь берег равный
И обрести в душе покой.

Когда иллюзии разрушишь,
Когда поймёшь, что натворил.
Увидишь счастье было рядом,
Но ты любовь не оценил.

Ты сам в себя давно не веришь.
Бежишь от радости в мир грёз.
Не веришь, что тебя любили,
Что жизнь давала шанс всерьёз.

Была семья. Ты отказался.
Была любовь. Не оценил.
Заметить правду не старался.
И все надежды истребил.

Ну неужель не надоело
При свете замечать лишь тень
И всё бросать так неумело,
Как будто жить уже и лень.

Ведь нежность, ласка и забота
Живут и в сердце у тебя.
Ну почему так неохота
Тебе заметить свет огня?

Зачем полез опять в бутылку
И всё растратил время зря?
Ведь было тихо и спокойно,
Ужель без ругани нельзя?

От самой верной отвернулся,
Развесив уши, как осёл.
Принёс страданье даже детям.
И в довершение ушёл.

Ты безответственный предатель.
Бесчувственный и жадный тип.
Когда тебя творил создатель,
Суть провокатора постиг.

Надеюсь, шрамы от обиды
И злость из сердца истреблю,
Смогу поверить снова жизни
Ведь я по-прежнему люблю.

Люблю тебя, а ты не видишь.
Люблю тебя, хоть не со мной.
Но как же больно от разлуки
И от того, что ты не мой.

ЕЩЕ ЛЮБЛЮ

Пока ещё тебя мне не хватает.
Пока ещё скучаю и люблю.
За горизонт смотрю и жизнь уж манит.
Не обмани себя, я холод не стерплю.

Уже не ты мне снишься на рассвете.
Хоть днём и вечером страдаю да и жду.
Пока ещё я помню наши встречи.
Но нежность ускользает в тишину.

Ты ничего не хочешь и не надо.
Я без тебя счастливой быть могу.
Ты столько раз губил меня прохладой.
Любовь во мне и я ещё найду.

Живи, как хочешь, раз тебе так лучше.
Не подхожу, я не нужна, увы.
Но только не опомнись слишком поздно.
Когда с тобой смогу уже я лишь на вы.
Когда смогу тебе ответить лишь на Вы.

* * *

Ещё люблю, ещё скучаю.
Но я уже не унываю.
Пусть ты ушёл, меня предав.
Жизнь всё расставит, кто был прав.

Тебе приятней видеть недостатки,
А мне достоинства бросаются в глаза.
Уже не чувствуешь, как поцелуи сладки.
А мне по-прежнему моя любовь и жизнь мила.

Пора тебе идти своей дорогой,
Так в добрый путь, зачем тебя держать.
Желаю, чтобы путь был самый добрый.
А я чтоб перестала тебя ждать.

Я без тебя нашла своё призванье.
И без тебя рисую новые мечты.
И очень скоро будут новые свиданья.
А от тебя останутся лишь сны.

Таков твой выбор, я его прощаю.
И принимаю. Все иллюзии в расход.
Ты был лишь путник, и тебя я уважаю.
За поворотом где-то спутник уже ждёт.

Объятия вселенной открываю.
И верю, скоро лучшее придёт.
За всё спасибо, принимаю, отпускаю.
Уже событий кружит хоровод.

ВСТРЕЧА С ВНУТРЕННЕЙ ЖЕНЩИНОЙ

Закрываю глаза и лечу в своё детство обратно,
Возвращаюсь назад в то село, где девчонкой была.
В те года, что ушли далеко от меня, безвозвратно.
Где меня настоящую вам подарила весна.

Как любила тогда я прогулки с детьми на природе:
Во дворе, у Двины. Быть в гостях у подружек моих.
Помню я, как сажали клубнику, морковь в огороде.
Каждый вечер тогда был прекрасен, уютен и тих.

Папа с мамой читали мне старые добрые книжки,
Каждый день перед сном погружалась
я в сказочный мир.
И дружили со мной все окрестные наши мальчишки,
А среди педагогов один был любимый – кумир!

Как скучаю сейчас я по той безрассудной девчонке:
Ничего не боялась, всегда заводилой была!
Да, по этой вот творческой, маленькой, смелой Алёнке.
Почему же сейчас я другая? Не знаю сама!

Может быть, мне забыть, что уже много лет я большая?
Стала взрослой давно: я ведь мама, невестка, жена!
Много ль нужно душе для создания личного рая?
Дам, пожалуй, себе я сегодня ответы сполна.

Пусть же выйдет на волю скорей этот милый ребёнок,
Что смеялся, гулял и друзей у себя собирал!
Средь Иринок, Боженок, Надюшек, Наташ и Алёнок
Тот ребёнок свой мир (удивительный мир!) создавал.

Почему же сейчас-то я взрослой себе запрещаю
Танцевать под дождём или снова залезть на забор?
Ту Алёнку внутри каждый день я в себе укрощаю!
И особый веду ежедневно я с ней разговор!

Всё, теперь я решила, что пусть этот взрослый ребёнок
Остаётся во мне – и сейчас, и потом! Навсегда!
Этот сказочный мир, что впустила в себя я с пелёнок,
Не покинет ни книги, ни сердце моё никогда!

НЕ МОГУ Я УСНУТЬ ДО РАССВЕТА...

Не могу я уснуть до рассвета,
Что ж душа моя тихо поёт?
И черёмуха солнцем согрета,
Белым платьем цветёт, ах, цветёт…

Так и жизнь наша: только начнётся,
Глядь – уже половина прошла.
Как невеста – в фату обернётся,
А черёмуха-то отцвела…

Сколько в жизни закатов, рассветов
Нам отмеряно – ну же, считай!
Кто мне скажет ответ, как не этот
Всецветущий и солнечный май.

Буду жить я, пока мне живётся,
Песня, пойся! Гармошка, играй!
В новом мае цветенье начнётся!
Приходи, буду ждать тебя, знай!

Сколько мая судьба мне подарит?
Отцветает черёмуха пусть!
Скоро месяц тот в лете растает,
Радость сменит спонтанную грусть!

И тогда я пойму – жизнь прекрасна!
Надо жить её здесь и сейчас!
Ничего не проходит напрасно!
Я ценю каждый прожитый час!

Год пройдёт – снова май подкрадётся
Незаметно так, после зимы…
А черёмуха вновь улыбнётся
И опять отцветёт вмиг, увы…

Пролетят миллионы столетий,
Вновь наступит весенний финал.
Май на всё нам цветеньем ответит,
Он всегда эту истину знал!

МНЕ ПРОСТО ПОВЕЗЛО?

Мне просто повезло – услышала однажды!
Да я уже – ого! Да у меня всё есть!
Какое в жизни зло встречалось мне – неважно!
Вот повезло – и всё! Пора бы знать и честь!

А если б я дала Вам ключ от жизни этой?
Отправила б моей дорогой в ней пройти?
Смогли б Вы обойтись всего одной планетой
И всё, что нужно Вам, только на ней найти?

Не надо ль было б Вам раздвинуть эти рамки?
Границы все стереть, не быть такой, как все?
Не строить в голове воздушные лишь замки,
А босиком гулять по утренней росе.

Не спать ночами, чтоб Вас научить чему-то?
Не выспаться с утра, чтоб новый курс начать?
А стали б Вы, мой друг, доказывать кому-то,
Что Вы – не бегемот? Так лучше помолчать!

Не надо в душу лезть, не зная обстоятельств!
Не нужно ничего мне рекомендовать!
И если нет моих пред Вами обязательств,
То попрошу совет мне свой обосновать!

Что – бизнес Ваш цветёт, как сакура в апреле?
Клиентов пруд пруди? И денег целый воз?
И прежде, чем совет давать мне, в самом деле,
Задайте-ка себе сначала Вы вопрос:

«А как она всего добилась, было ль сложно,
Препятствий много ль ей встречалось на пути?»
Всё ж хочется спросить? Ну очень осторожно
Спросите, но не дай Вам Бог тот путь пройти!

ДЕМОН

Кто прав? Кто виноват? Забудь об этом.
Быть демоном – единая стезя.
Ты мог бы быть писателем, поэтом...
Но в этой жизни так тебе нельзя.

Ты сам не свой. Ты выродок природы.
Ты матери земли законный сын.
Ты вечность, связанный свободой.
Ты одинок, но вряд ли ты один.

Твой путь неблагодарно незамечен,
И труд оплеван глупостью людской.
И оттого ты весел и беспечен,
И незаметен серою толпой.

Пусть будет шаг твой много шире,
Пусть взгляд увидит все детали.
Непросто демоном быть в мире.
Как жаль, не мы его создали.

Упал – восстань. Обиды прочь.
И бес, и дьявол нам не в счёт.
Ты сам. И некому помочь.
Смолчим, кто выбор им даёт.

Покой. И нервы, как из стали.
Свети улыбчивым лицом.
Не мы весь этот мир создали.
Не просто демоном быть в нём.

ВСЕ ПРЕКРАСНО

Все прекрасно,
Разве я не любил?
Разве я не душил тебя своей лаской?
Я пишу, как художник, тебя,
я пишу своей краской.
Я молю, ну скажи,
Расскажи, что так сложно сказать,
Как устала меня снова ждать. Расскажи.
Как тебе тяжело, как не можешь принять.
Эту правду в слезливости лжи...

Меня нет,
Я расстался с тобою давно.
След исчез. Лишь немое кино
Отражает окно в чёрно-белом,
Твоё твёрдое «не люблю»,
Мое твёрдое «Выход в окно»,
В хлам разбитый, очерченный мелом...

Моя смерть поэтична.
С улыбкой прими,
Прошлых лет бесполезна печаль,
Ведь любовь безусловно прекрасна...
Посмотри дальше носа, милашка!
Посмотри в эту серую даль.
Страшно? Да! Но сейчас безопасно

Все прекрасно.
Вот суть – расслабляйся...
В своих промыслах, целях,
Уверенных глупостях,
В кадрах, где все безопасно, теряйся...
Так и будет тебе – безопасно...
Всë прекрасно...

ОКЕАН

Скорее спрячься, они видят
Сквозь серость пасмурных домов.
Их Солнца свет скорей обидит,
Чем отголоски твоих снов.

Там буду я, ведь ты позволишь
Швырнуть душой к твоим ногам,
Я долгий путник поневоле.
Дай отдохнуть моим стопам.

Нет, ты не любишь, и я тоже,
Давай закроем эти двери,
В сомненьях мы же так похожи,
Не веришь мне? И я не верю...

И пусть отныне и до смерти
Судьбою я тебе не дан,
В привычной жизни круговерти
Я твой ручей, ты – океан!

НЕЗНАКОМКЕ

Что незнакомке милой мне сказать?
Я вам никто, и вряд ли интересно
За столиком кафе, где уже тесно,
Причуды скучной жизни вспоминать.

Позвольте мне развлечь ваши печали.
Я расскажу о женщине такой, как ты,
Влюблённой в мысли, тело и мечты...
Ведь были ж вы такой в самом начале?

Она была прекрасна, как рассвет.
Еë кофейный запах пробужденья,
Улыбка робкая, следы еë влеченья...
Ко мне... Забыты, и их больше нет.

Как хороша она была и как легка...
Шёлк еë кожи, запах еë чресел...
Нет, милый друг сейчас совсем не весел...
За ролью роль. И роль вес ж дурака.

Я видел эту ночь. Бокал вина.
Распахнутые бёдра, жар груди.
«Войди. И никогда не уходи».
Я видел, как была ты не одна...

Я не хотел. Но видел. Это он.
Заткни меня на «так ненужном» слове...
И почему на мне всë больше крови?..
И отчего так сильно тянет в сон?..

Не спрашивай, как я еë убил.
Не спрашивай, зачем, я не отвечу.
Она назначила. А я пришёл на встречу.
Она любила. Но и я любил…

ТАК ЛЕГЧЕ УСНУТЬ

Улыбайся, когда не подали руки.
Улыбайся, когда все вокруг дураки.
И не важно, орёл или решка,
На губах пусть все та же усмешка.

Болью сковано тело и быт.
Одинок, безнадежен, убит.
Через смерть усмехнись и забудь.
И расслабься, так легче уснуть.

Пусть все белое с чёрным смешалось.
Пусть вся жизнь, как нелепая шалость.
Пусть все серое, холод и тлен.
Улыбнись – легче встанешь с колен.

Заблудился? И бродишь устало?
Сумасшествие мира достало?
В суматохе Себя не найти?
Улыбайся, вернешься к пути.

Разорён и обманут неволей?
Выйди летом в свободное поле.
Легче ветра пустые карманы.
Усмехнись. Проще вылечишь раны.

Улыбайся вселенной назло.
Повезло или не повезло.
Пусть вокруг все играют во взрослость.
Пусть с тобой языка твоя острость.

И пусть эта картина не нашей руки,
И усмешку попытки держать не легки,
Но, возможно, на старости лет
Кто-то вдруг улыбнется в ответ.

Улыбайся, когда не подали руки.
Улыбайся, и зеркало чёрной реки,
Что под этим мостом сейчас льется,
Вдруг улыбкой тебе отзовется.

МОИ МЫСЛИ В СТИХИ НАРЯДИЛИСЬ

Мои мысли в стихи нарядились,
Обнажая мой внутренний мир,
В интернет кораблями пустились,
Там, где море бездонное лир.

Пусть другие миры их встречают
Кораблей моих мыслей поток
И как в гаване им оставляют
Для причала в душе уголок.

ЕДУ, ЕДУ Я В СЕЛО

Мне сегодня повезло
С электричкою экспресс.
Еду, еду я в село
Через поле, через лес.

А сегодня так тепло.
Солнце светит свысока.
Еду с музыкой в село,
С ней дорога мне легка.

Ты неси меня экспресс,
Где природа так чиста.
Растворяют любой стресс
Сердцу милые места.

Пусть в наушниках музон
Задаёт для жизни ритм.
Сердце бьётся в унисон.
Вот такой вот алгоритм.

От себя мне не уйти,
И не скрыться никуда
Пусть на жизненном пути
Светит добрая звезда.

У меня желаний много.
Я их верная раба.
Освети звезда дорогу.
Благосклонна будь судьба

Но сегодня я устала
От желаний и себя.
Для стремлений силы мало,
Духом стала я слаба.

Заряди меня, поездка,
Отвлеки от суеты.
Чтоб глаза сияли блеском
Жизни, а не пустоты.

ЗНОЙНЫМ ПОРЫВОМ

Знойным порывом ветра обдало,
Летнее солнце тучи укрыли,
Небо к земле сильней прибивало
Тонны московской грязи и пыли.

Вот и не слышно птичьего свиста.
Бога о влаге с прохладой прошу я,
Чтобы столицу промыл дождём чисто,
В яркие краски проспекты тушуя.

В воды Кузьминского парка нырнуть бы,
Но лишь развязала косынку на шее я.
Город Москва. Здесь решаются судьбы,
Строятся семьи и отношения.

Молния. Гром. Повеяло свежестью.
Капли тяжёлые в пыль углубляются.
Вот благодать! И славятся щедростью
Явления природы, в которых нуждаются.

УЛЫБАЯСЬ УТРЕННЕМУ СОЛНЦУ

Улыбаясь утреннему солнцу,
Я мечтаю о счастливом дне.
Открываю ставни у оконца.
Зайчик солнечный подпрыгнул на стене.

Свежий ветерок ворвался в домик,
И листы стихов мне оживил.
Как невидимый и озорной он гномик
В салки поиграться предложил.

Богородское деревня. Как здесь славно!
Соловьи мне дарят свою трель.
Ночка в утро переходит плавно.
Вот уже проснулся добрый шмель.

Здесь луга с душистыми цветами,
Из лесов доносится ку-ку,
Церковь с золотыми куполами
И родник дал силу ручейку.

Здесь в деревне в старом доме нашем
Пахнет дымом от старенькой печи.
В ней давно уж не готовят кашу,
Не пекут в ней больше куличи.

У крыльца кусты сирени в мае
Аромат душистый дарят мне.
Стайка воробьёв в кустах играет,
Радуется солнечной весне.

Богородское, село на возвышении.
Дали здесь Загорские вокруг.
Даже поэтессу вдохновение
Посещает словно лучший друг.

С ДОБРЫМ УТРОМ!

С добрым утром! Солнце встало.
С тьмой растаяли печали.
Ждёт чудес меня не мало.
В путь дорогу манят дали.

Новый день совсем не лишний
Он подарок свыше мне.
Сколько дней не важно в жизни.
Больше б жизни в каждом дне

Словно лучший в жизни автор.
Я даю свой мастер-класс
Моё будущее-завтра
Начинается сейчас.

ОДИНОЧЕСТВО

В дверь постучалось моё одиночество.
Я вас не ждала, ваше высочество!
Думала дети пришли навестить,
Но, видимо, им без меня лучше жить.
Да,всё-таки женщине нужен мужчина.
Ты спросишь : какая нужна мне причина?
Да лишь бы не с вами быть мне повенчанной,
Ваше высочество, хочу быть я женщиной.
Хочу быть счастливой, хочу быть я нужной.
Необязательно быть мне замужней.
Чтоб было кому приготовить мне ужин.
Мужчина для женщины в любом возрасте нужен.
Чтоб было мне с кем грустить и смеяться.
И чтобы мне вас никогда не бояться.

ВЕСНА ПРИШЛА В РОДНОЙ ЗУБЦОВ

Весна пришла в родной Зубцов.
На троне царь Апрель.
Встречает он друзей скворцов
Под звонкую капель.

Бегут ручьи по склонам вниз
Через преграды ям.
К двум рекам мчат под птичий свист,
Как дети к матерям.

И Волга-матушка река
С Вазузою сестрой
Уносят талые снега
Под хрупких льдинок строй.

Сосновый бор ожил от сна.
Снега стряхнул он с плеч.
В родной Зубцов пришла весна
И нет желанней встреч!

НУ ГДЕ ЖЕ ТЫ, СЕРДЕЧНЫЙ ДРУГ!

Сижу как кошечка
Я у окошечка.
Ещё немножечко, тебя дождусь.
А ночь морозная,
Такая звёздная,
Я без тебя спать не ложусь.

Молюсь я боженьке
И свои ноженьки
Скорей в сапоженьки обую вдруг.
Душа волнуется,
Безлюдна улица,
Ну где же ты, сердечный друг!

А мне бы дурочке,
Налить бы рюмочку,
Да выпить красного вина.
Сидеть, надеяться.
Куда ж он денется!
Придёт, коль я ему нужна.

МЫ СИЛЬНЕЕ ЛЮБИМ В РАЗЛУКЕ

Ты стоишь у окна с кружкой чая
На душе снега и метели.
И по мне каждый раз так скучая,
Ты проводишь дни и недели.

По ночам образ мой часто снится.
И глаза потускнели от грусти
Твоё сердце с тревогой стучится,
Но мы вьюгу в мысли не пустим.

Не забыть тебе нежные руки
И мои округлые плечи.
Мы сильнее любим в разлуке,
И от этого нам не легче.

И летит как метелица время,
А на сердце тревожно и вьюжно.
Упиваемся в памяти теми,
С кем сейчас нам быть очень нужно.

* * *
В городе смог, давит жара,
Ртутные столбики просят дождя.
Воздух закручен в спирали печи,
Может, остынет, но только в ночи…

И духота воцарилась над всем,
Тянется патокой от каменных стен.
И облепляет, и жжёт изнутри,
Будто в груди разложили костры.

Всё накалилось и даже шипит,
Асфальт под ногами буквально трещит.
И не спасает поливка дорог,
Вода превратилась в крутой кипяток.

Ветер застыл и даже звенит,
И если подует, то опалит.
Пыльные бури и выхлоп машин –
Всё это будни летних картин.

И изнывает, и тихо дрожит
Город и ночью тоже не спит,
И только прохлада коснётся его,
Как тут же оставит с жарой одного.

Так, нагреваясь день ото дня,
Мы тоже кипеть начинаем, бурля.
Ничего тут не сделать и не решить.
Такая типичная в городе жизнь.

* * *

Нас окружает благозвучье,
Когда весной цветы поют
И в перламутровом созвучье
Опáлят, сердце обожгут.

И птицы красками играют,
Палитрой цвета гомонят,
И мир вновь снова оживает,
И кисти радуги стоят.

А солнце, как небесный ангел,
Нас окружает добротой.
Его лучистый яркий факел
Благословляет, как святой.

И в этом мире благоденства
Всё страстной радостью кричит
И тёплой капелькой блаженства
На душах нежностью лежит.

* * *

Рассвет туманом обнимает,
И мы стоим на берегу.
И тишина с рекой играет,
И кажется, что мы в раю.

А лес стеною ограждает,
И ёлки башнями стоят,
И паучок с росой играет,
И только листики шуршат.

И это утра зарожденье,
Как будто солнечный мираж,
Оно дурманит вдохновеньем,
Сплетает из лучей коллаж.

Травы ярчайшие узоры
И шёпот непроснувшихся цветов
И это видят наши взоры,
Мир зачарованных оков!

Короткий миг сего мгновенья
Останется нам, как мечта,
Мы вдруг узнали откровенья,
Коснулись взглядом волшебства!

ЛЮБИМОЙ СТРАНЕ

Васильки, берёзы и ромашки –
Побежали по душе мурашки!
Огороды, реки и поля –
Это всё моя любимая земля!

Мне не надо никакой иной,
Ведь там буду я для всех чужой.
Только здесь, попив воды из родника,
Ощущаю радость жизни на века!

Только здесь, вздохнув озон грозы,
Понимаю замысел судьбы,
Что свела меня с тобой, страна,
Я с тобой останусь навсегда!

Мне так дороги твои рассветы и закаты,
Твои горы для меня, как латы.
Твой огонь всегда горит внутри,
Своим светом путь мне озари!

Я в лесах твоих и плоскогорьях
Затеряюсь, словно в сказочных угодьях!
Ведь прекрасней в мире места нет.
Ты живи, Россия, миллионы лет!

СОМНЕНЬЯ

Как в небе трепетно далёком,
Горит, мерцает огонёк,
Так мы бываем одиноки,
Как будто жизни вышел срок.

Как будто вера оборвалась,
И что-то тяготит внутри.
И эта маленькая слабость –
Мгновенье нашего пути.

В минуты этого раздумья
Мы тщетно ищем поворот,
Где эго нашего безумья
Пустило свой водоворот.

Свои ошибки и успехи
Мы положили на весы.
Всё это наши лишь утехи,
Метанье загнанной души!

Но без него невыносимо,
Но без него прожить никак.
И эта слабость – наша сила,
Сомненья – наш стальной кулак!

ТОНКИЙ ДУЭТ

Ты там, где звук превращается в свет,
Доносишься нитью почти растворённой.
Прекрасный у нас сложился дуэт,
Однажды судьбою запечатлённый.

Ты тонко дрожишь за гранью небес,
Как рокот, едва различимый слуху.
И мир разливается в сотни чудес,
Когда ты касаешься сердца и духа.

Мы держим пространство в вибрации строк,
Как будто его создавая дыханьем,
И нарастает меж нами поток,
Где звук переходит волшебно в сияние.

ДОРОГА, КОТОРАЯ ПОЁТ

Твой путь звучит красиво,
Ты там, где должен быть.
До полного отрыва
Осталось лишь забыть,

Что сковывает болью,
Что шепчет вновь «нельзя».
Ведь впереди раздолье!
Тобой полна стезя.

Взлетай, свободный ястреб,
И только с высоты
Смотри на эти страсти,
Как на чужие сны.

МОЁ

Всё чуждое без слов исчезнет,
Моё – останется со мной.
Но быть с собою сложно честной,
Когда открыта тишиной.

Снимать улыбки, как одежды,
В безмолвии смотреть в глаза
Своей трепещущей надежде,
Что предвкушает чудеса.

И я ищу своё течение,
Не шторм, а нежную волну,
Где не в утрате исцеление,
Где я не чувствую вину.

Чтоб не ломать, а собираться
И узнавать во всём себя,
Вновь не сгорать, а продолжаться
И принимать своё любя.

Всё чуждое само померкнет,
Моё – мой свет и мой покой.
Не нужно прилагать усердий,
Чтоб пребывать одной собой.

МИР МИМО

Не тайна – редкость совпадений
Являет мир тебе пустым.
И шорох душ среди мгновений
Становится совсем чужим.

Но где-то есть твоя орбита,
Где встречи пишутся судьбой,
Где тишина тобой открыта
Лишь обнажённой глубиной.

Твой пульс не терпит чуждых ритмов,
Не манит шум больших огней,
И всё вокруг как будто мимо
Плывёт в тумане серых дней.

НИТЬ АРИАДНЫ

Я твоя нить Ариадны,
Помни, куда идти
В этой судьбе беспощадной.
На непростом пути

Я буду шёпотом в сердце
Тайным напевом зари,
Только ты, милый, доверься
Этому зову внутри.

Пусть не сбивает с толку
Ветер на поле дорог,
Ночь – неизвестностью долгой,
День же – усталостью ног.

Я проведу осторожно
Сквозь перекрёстки и мглу,
Даже когда невозможно,
К свету тебя призову.

СТРАНСТВУЙ

Улыбнись сквозь время нежно,
Это может согревать
В дальнем зимнем царстве снежном,
Силу светом придавать.

Успокой кого-то словом.
Не жалей тепла для тех,
Кто к преградам не готовы.
Подари свой добрый смех.

Где-то ласкою останься,
Где-то сладостью живой,
И душой свободно странствуй,
Представляя лишь покой.

ПОСТОЯНСТВО СЛОВ

Я заблудилась среди слов,
Как в мрачном городе без улиц,
Где каждый слог – обрывок снов,
И смыслы высятся сутуло.

Я шла наощупь по стопам,
Не различая направлений.
Давая волю лишь слезам,
Что приняла за вдохновение.

Слова тянули за собой,
Как нити, что меня связали.
И я училась быть другой,
Чтоб смыслы тоже распрямлялись.

Так шаг за шагом до тебя
Расширилось моё пространство.
И город, где живу, любя,
Зовётся мною постоянством.

ОДА РОДНОМУ КРАЮ

Край древний, но душою юный
Раскинул земли вдоль Оки.
Его напевы златострунны,
Его просторы широки.

Храбрец Добрыня Златой Пояс,
Смельчак Евпатий Коловрат
Добыли честь на поле боя –
Герои множества баллад.

Талантом плотника искусным
Рязанец славен с давних пор –
За то он прозван косопузым,
Что прятал за кушак топор.

Здесь ремесло с искусством дружит:
Скопинский глиняный сервиз,
Узор михайловский из кружев,
Изящный кадомский вениз.

Край синеоких далей окских
Воспет Есениным в стихах,
Мещёрских сосен Паустовским
Краса прославлена в веках.

И мирный пахарь, и воитель,
Чти славы предков образец!
Князь Глеб, святой наш покровитель,
Благословенье шлёт с небес.

ДУХ СОЛОТЧИ

В вековых лесах Поочья –
там, где сосен вечный шум,
дремлет тихая Солотча,
погрузясь в отраду дум.

Воздух – терпкое лекарство,
смесь смолы и тишины –
неизменное богатство
среднеокской стороны.

Здесь закаты, как полотна,
пишет кистью сам Творец,
и ложится беззаботно
на траву густой багрец.

Монастырь вдали алеет,
словно страж минувших дней;
розы в туевых аллеях
жмутся к стеблям потесней.

Здесь не нужно громкой фразы,
лишних слов и суеты,
где сияют, как алмазы,
ярко-красных роз кусты.

В храме дух обрёл обитель,
купола глядят в зенит,
монастырь, легенд хранитель,
нам о прошлом говорит.

Дни былые, лики, судьбы –
всё сплелось в сосновой мгле.
Жили творческие люди
на солотчинской земле.

Здесь Пожалостина тени –
в старом доме до сих пор,
и цветущий куст сирени
украшает тихий двор.

Скрипнет ветхая калитка,
запоет в углу сверчок.
Жизнь течёт, как в цевке нитка,
не спеша – к витку виток.

Над господским садом старым
дуб черешчатый навис,
и, посаженный Гайдаром,
наливается анис.

Фраерман, владевший дивно
романтическим пером,
тут писал «Собаку Динго»
за усадебным столом.

Паустовский, маг пейзажа,
славил ельника красу;
помнит имя это даже
тропка узкая в лесу, –

та, что вьётся меж корнями,
уводя в еловый мрак,
где под тёмными ветвями
вниз спускается овраг.

Тут тропинки, как морщины
на лице родной земли,
вьются в зарослях малины
и скрываются вдали.

Пахнет прелью и грибницей,
влажной хвоей, тишиной,
режет тьму пугливой птицей
лучик солнца золотой.

Здесь душа находит пристань,
отдыхая от тревог:
каждый листик, каждый выступ –
словно сказочный чертог.

В сени сосен-великанов
сердцу дышится легко,
время тает средь туманов,
исчезая далеко.

Так течёт неспешно повесть
этих сказочных лесов,
где находят честь и совесть
свой размеренный альков.

Здесь закат, как акварельный,
красит неба полотно,
и покоем беспредельным
всё вокруг окружено.

Под покровом звездной ночи
затихает медный звон,
замирает жизнь в Солотче,
погружаясь в сладкий сон.

Ночью кажется, что вечность
спит в соломенных стогах,
и земная быстротечность
тонет в Окских берегах.

А когда рассвет несмелый
тронет сосны янтарём,
ты поймёшь: на свете белом
мы отнюдь не зря живём.

Увезёшь ты вдаль с собою,
возвратившись в гул дорог,
запах мяты и левкоя,
хвойной пряности глоток,

чтобы в час, когда усталость
опускается на грудь,
вновь душа в Солотчу рвáлась –
запах свежести вдохнуть.

СОЗИДАТЕЛЬ
(об А. В. Селиванове)

На правой стороне Садовой
Стоит его узорный дом
В просёлке топольно-кленовом
На месте людном, обжитом.

Эстет, философ и ученый,
Хранитель местной старины,
В искусства тайны посвященный,
Он патриот своей страны,

Создал оазисы культуры
В провинциальных городах.
Боролся с хамством и халтурой
Он в жизни и своих трудах.

Родился он в сельце Любаве,
Что под Зарайском возлежит.
Наслышан был о предков славе,
С пеленок знал дворянский быт.

Он рос среди коллекций рода,
Включавших предков письмена.
Вникал он в тех вещей природу,
Что праотцами взращена.

Под руководством Борзенкова,
Богданова увлекся он
Энтомологиею насекомых.
В науку вклад его весом:

Он, энтомолог даром Божьим,
Объездил весь Кавказ и Крым,
Полсотни видов многоножек
В тех экспедициях открыл.

Он возглавлял в родной Рязани
Статкомитет, архив, музей,
Искал в могильниках резаны
И фрески охранял церквей.

Его коллекция фарфора,
Как богатейшая в стране,
Влекла пленительные взоры,
Кто толк знал в русской старине.

Архивных несколько комиссий
В глухой провинции создал.
И даже после всех коллизий
Не охладел его запал.

Сальвáтор Тончи и Шибанов –
Предмет его нетленных книг.
Так глубоко, как Селиванов,
Никто их жизни не постиг.

«Душа вещей», его брошюра, –
Страстям коллекционным гимн!
В ней предалась его натура
Мечтам заветным и благим.

Предметы рода под охрану
Поставить жаждал. Их рельеф
Вмещал в себя владельцев прану,
Их ауру запечатлев.

В премудрости святых писаний
Узрел для книг материал:
Крупицы «откровенных» знаний
Он в философии искал.

«Основы Богопониманья» –
Венец его заветных дум.
Он удостоил в них вниманья
Соотношенье: «сердце – ум».

«Смысл жизни», – мыслил Селиванов, –
«Лелеять Божий Дух в себе,
Родства не помнящим Иваном
Прожить негоже на Земле».

К добру нас побуждает совесть,
А муза – к чувству красоты,
Нас логос к истине приводит
Тропой духовной чистоты.

История всего земного
Есть путь к тому, чтоб индивид
Из человека вырос в Бога,
Явив Вселенной новый вид.

У декаданса на обломках
Культуру двигал он. За то
Достоин памяти потомков
Среди рязанцев, как никто.

Как жаль, что многие не помнят
Его неоценимый вклад.
Лишь на Садовой тени комнат
Его присутствие хранят.

ИЗ ЦИКЛА СТИХОТВОРЕНИЙ «ИЗ ТЬМЫ К СВЕТУ»

Данный цикл стихотворений побуждает человека всегда стремиться к своим мечтам, верить в чудеса, всегда находить луч света и надежды в трудной ситуации, не бояться иногда рисковать, особенно, когда чувствуешь, что этот риск подарит много счастья. Наш мир многогранен, наполнен как добром, так и злом, тьма и свет всегда идут бок о бок. В нашей жизни встречаются разные люди: и хорошие, и плохие; мы попадаем в разные жизненные ситуации, а иногда бывает действительно очень тоскливо на душе. Каждый имеет право погрустить, но это не означает, что нужно превращать всю свою жизнь в серость, испытывать недоверие к окружающим, быть отстраненным от других, это лишь очередной повод подумать и найти тот лучик света, тепла и счастья, который давно пытается пробиться в наш маленький, но такой богатый внутренний мир.

ПУТЬ МЫСЛИ

В сомненьях и в разочаровании
Мы ищем лишь короткий путь,
В раздумьях мы всегда печальны,
Лишь в них пред нами правды суть.

И в жизни мы хотим казаться,
Не быть тем, кто мы есть сейчас,
На самом деле все мы только маски,
За ними грусть, тоска, печаль…

И может быть, когда-нибудь
Весь мир перевернется,
И люди смогут быть собой
И не бояться больше.

И не бояться больше слов,
Которые летят нам в спины,
И не бояться больше тех,
Кто врет нам так красиво.

Быть лишь собой.
И выбирать тот путь,
Который будет нам свободой,
И даст нам шанс хоть раз рискнуть,
Наполнив светом твоих мыслей суть.

ВЗГЛЯНИ НА МИР ИНАЧЕ

Жестокий мир жестоких правил,
В нем ты король и шут,
Мы сами создали капканы,
Они под зарослями ждут.

Забыли все, кем были мы,
А стали кем – не знаем,
Мы рушим то, что создаем,
А строим, что сломаем.

Зловещий круг, как циферблат,
За ним лишь механизм,
Бездушный он давно забыт.
Наш мир – жестокий эгоизм.

Жестокий мир жестоких правил,
Но в людях есть душа,
Лишь пробудившись от страданий,
Оттает в сердце доброта.

Лишь посмотрев на мир иначе,
Увидев красоту в простом,
Обняв бодрящей теплотой,
Проснется ко всему любовь,
И мир душевный станет ярче,
А мир вокруг теплом сердец богаче.

МЕЧТЫ

Смотрю печальным взглядом с высоты далеких гор,
И мне становиться не по себе от видов,
Хочу уйти от общества в свой тайный уголок
И никогда не видеть серых масс пучину,
Хочу расправить крылья и взмахнуть под небом
И улететь в далекий край равнин,
Хочу свободно прыгнуть в водопад с обрыва
И никогда не чувствовать преград своих,
Хочу задумчиво смотреть на тайный райский сад,
Природой спрятанный так смело,
Хочу мечтать, бежать по полю васильков
И верить в чудо, в сказку и любовь.

ОЗАРЯЯ СЕРЫЙ МИР

Открой мне душу, ангел мой,
Скажи, где правда, где коварство,
Перед тобою мир пустой,
Очисть его от зла и хамства.

Открой ты людям чашу счастья
И покажи, что есть любовь,
Чтоб в мире стало меньше грусти,
А в человеке больше чувств.

Пускай поймут они, где правда,
Пускай поверят в чудеса,
И пусть невзгоды и несчастья
Уйдут в далекие края.

ИЗ ТЬМЫ К СВЕТУ

Весь мир перед тобой остановился,
А я стою и слушаю в тоске,
Как слезы капают, в асфальте растворяясь,
Уносят они ярких красок цвет.

По лужам дождь украдкой проходит,
На сердце дрожь крадется, словно рысь,
И забываешь навсегда в печали томной
Свою веселую улыбку и мечты.

Закройся, отступись, подумай!
В чем смысл так метаться в пустоте?
Открой глаза, ведь тьма –
лишь проявленье боли,
Что на душе скребет когтями на стекле.

Во тьме есть свет,
Во мраке есть надежда,
Все черное и белое созвучно в пустоте,
Из одного в другое,
Переливая воду из стакана в море,
Все исчезает на рассвете в гавани с прибоем.

ОШИБКИ ЖИЗНИ

Бывают дни, когда весь мир
Стирается в труху,
И мы, как пешки на доске,
Играем с тьмой в игру.

Мы, как бездушные игрушки,
Скрывающие страх,
Забыв улыбки и желания,
Все разрушаем в прах.

Не узнаем друзей, подруг,
Теряем силу мысли,
Желаем лишь мешок заслуг,
И чтоб другие «локти грызли».

Но несмотря на все ошибки,
Каждый способен на любовь,
Способен подарить улыбку,
Всецело поменяв свой путь.

И вот он светлый луч,
Когда на небе после вьюг
И темных серых туч,
Мы видим от мечтаний ключ.

И вот открыв тугой замок,
Глубокий вздох, душа поет,
Мир, словно молодой цветок,
И человек осознает.
Осознает простую истину,
Неправильный желаний курс,
Что в мелочах сокрыта чистая,
Простая радость

Тогда на всей земле опять
Пусть воцарится мир,
Который снова в наши дни
Изменит нашу жизнь,
Изменит нас, изменит и других,
Прощайте, тьмы деньки.

ОКОВЫ ЛЖИ

Сковав себя без промедленья,
Ты ощущаешь тягу жизни
И, как болезнетворный гений,
Пытаешься понять весь смысл.

И кажется, что вот разгадка,
Но нет, она так далека,
И ты, запутавшийся странник,
Лишь чувствуешь, что правда так близка.

Ты хочешь выбраться? Но смысл?
Ведь все равно потом опять
Не будешь знать всю правду истин
И вновь придешь домой – печаль свою понять.

Что скажешь? Тяжело без правды,
Но что поделаешь, ведь так устроен мир,
И ты, запутавшись в проблемах,
не разобравши лжи,
Себя заковываешь в цепи тяжелого пути.

ДАРИТЕЛИ СВЕТА

Смотрю в окно и вижу мрак,
На город опускается туман,
И вижу, как идет один «дурак»,
Сквозь тьму он свет несет всем нам.

Но нависает мгла над ним,
И хлещет ветер, все снося с пути,
Но он идет, желая счастья всем другим,
И чувствую, его уж не спасти.

Но вот он – свет сквозь тьму
Мир озаряет над людьми,
И указали все так смело на причину,
Стоит, не держат уж колени.

Перегорел, упал и сник,
Как все, что людям дарят мир и позитив,
Себя не пожалел, а все лишь в миг
Забрали дар и дальше торопливо побрели.

Смотрю в окно и вижу солнца луч,
Очередной денек счастливый, словно пир,
Побольше бы сквозь массу серых туч
Таких людей, кто к радости привык.

ПОДАРИ СВЕТ УЛЫБКИ

Когда-то детство наше кончается,
И на смену ему идет безразличие.
И взрослая жизнь совсем скучной кажется,
В ней нет ярких красок, сон, словно событие.

И мы забываем обычные радости,
Что в детстве улыбку дарили и счастье нам,
Наполнена жизнь наша вечными странностями,
Когда отдыхаем мы только по пятницам.

Но в жизни есть место и маленьким шалостям,
Что и для ребенка, и взрослого станут радостью,
Почаще улыбку дарить окружающим,
Что вмиг наполняет веселым

ОЗАРЕНИЕ

В глубокой синей бездне
Сияет небосвод созвездий.
В спокойном океане
Бушуют волны красочных соцветий.
Снаружи размеренно спокойный,
В душе лучи добра и теплоты,
В сознании то хлещут волны юмора,
То яркой бури ураган с грозой.
И сохраняя волнами гармоний,
В глубине своей,
Ты в океан свой окунись,
Раскрой таланты без сомнений
И улыбнись на встречу
Новым переменам.
И обязательно исполнятся мечты,
Что так таятся в скромной тишине
Под шумом волн улыбчивой судьбы.

АКВАРЕЛЬНАЯ СКАЗКА

Дочь рисует Panther’у Pardus,
Многоточиями завязнув,
В чёрных, серых и жёлтых красках,
Приговаривая: так, так, так!

И пантеристость леопарда
Растекается, словно капля,
Расширяется, словно клякса,
Бесконечным пятном: кап, кап, кап!

А Багира – Panthera Nigris:
Меланиновой сути выброс.
На муаровом чёрном – искры.
Повнимательней ты приглядись!

Усмехается красной пастью,
Акварельным лучится счастьем,
Растушёвана мягкой кистью,
По лиане бежит вниз и вниз.

Вдруг домашняя Felis Catus
Бьёт по краскам пушистой лапой.
Всех пантер, леопардов – на пол!
По рисунку хвостом вжик, вжик, вжик…

Акварельная сказка дочки
Рассыпается на кусочки,
Разлетается на осколки.
Хоть и жалко её – это жизнь.

СОЛНЕЧНЫЙ УДАР

Глаза пустынного солнца злей.
Загривок – степной пожар.
Другой, виновник таких страстей,
Свинцовой боли чужих когтей
Прицельный ловит удар.

Огромный альфа не зря сердит.
Его решенья просты.
Другой унижен, почти убит,
Теряя сразу пристойный вид,
Летит комочком в кусты.

Все ночью серые, говорят.
Но серый – конкретный цвет.
Моей домашней прозрачный взгляд.
Она вчера родила котят,
И рыжих в помёте нет.

БРОДЯЧИЕ

Ветхую шерсть кристаллами
Ветер по-свойски выдубил.
Вот и зима настала, блин!
Верная смерть на выгуле.

Вкусных сосисок кружево
Впалый живот насилует.
Вдоль продуктовых кружатся
Взгляды, по-волчьи стылые.

Встретить весну-бессонницу
Вряд ли уже надеются.
В рай попадут – помоются.
В ад попадут – погреются.

КОТ И ВЬЮГА

Ночью вьюга мела да мела.
Притомилась. Дела да дела!
Всё отбросила. Лесом пошла
Отдохнуть у застывшей речки.
Только видит: навстречу бредёт
Что-то странное. Вроде бы кот.
Обморожен. Ввалился живот.
Не сопит на хозяйской печке.

В темноте, безнадёгой разя,
Зеленеют кошачьи глаза.
Вьюге кот о беде рассказал,
Приоткрыл мохнатую душу:
Что хозяйка его берегла.
Что в начале зимы умерла.
Сироте ни тепла, ни угла.
Старый кот никому не нужен.

Пригорюнилась вьюга с котом.
Помурлыкали вместе. Потом,
Место выбрав себе под кустом,
Улеглись, обнявшись хвостами.
А весной на реке ледоход.
А весной мрачный лес оживёт.
Станет вьюга травою. И кот
Непременно чем-нибудь станет.

РЫБНЫЙ ДОЖДЬ

Тут небо выдало
Не слёзы каплями,
Чешуйки бус.

Заплакать рыбами…
Весною вряд ли бы,
А летом – пусть!

Уклейки бледные
Плывут на блюдечках
Меж серых лап.

Рыбак немедленно
Готовит удочку,
Когтями ЦАП!

Распались брызгами
Мечты об ужине.
Крючок пустой.

Не рыбы, призраки!
Насмешка лужами.
Вода водой.

УТРО. КОШАЧЬИМ ГЛАЗОМ

Глаза – ликёр флёрдоранж…
Небо чуть золотится…
Кофе дымящийся гранж…
Утро.
4:30.

ЭТОГО МЕСТА НЕТ НА КАРТЕ

Этого места нет на карте,
Ты не пытайся его искать.
Нужно идти по старой шахте
И по стене слегка стучать.

Только услышав звук пустотный,
Выпуклый камень ты найди,
Чтобы открылся вход запретный –
Здесь лишь начало того пути.

Дальше иди по темным ходам,
Левой всегда держись стороны,
Так ты дойдешь по тем проходам
До удивительной той страны.

Здесь обитают тайны и грезы,
Это храм человеческих снов.
Тут у пустыни льются слезы,
Можно увидеть мост из слов.

Старый король тебя тут встретит
И позовет испить с ним чай.
Хоть он при встрече и приветлив,
Но на сердце лежит печаль.

Хитрый плут тебя, друг, обманет,
Зельем снотворным напоит.
Ты теперь королем здесь станешь,
Прежний король из снов сбежит.

ПУТЬ

Куда-то мчится жизни поезд,
Не знаю, что за тем холмом.
Пишу вслепую свою повесть,
Вперед не ведая о том,

Что принесет мне день грядущий,
Оставит что, что заберет.
Я просто человек идущий,
Порой бывает даже вброд.
Иду, дорог не разбирая,
Иду вперед, лишь чтоб идти.
Одно наверняка я знаю,
Что есть конец того пути.

КОЛДУН И ОЛЕНЬ

Старый колдун молча в небо смотрел,
Он был кудесником всех мрачных дел.
Но очень устал и пора отдохнуть,
Радует взор его призрачный путь.

Странником стать он собрался тот час,
Пересмотрел свой мешок десять раз.
Горько вздохнул, посох в руки он взяв,
Словно тяжелую участь приняв.

Грузной походкой он начал свой путь,
Только кулон мрачный бился о грудь.
Что-то шептал маг в гнетущей тиши –
Не было здесь много лет ни души.

Скоро устроил он первый привал,
Маг очень стар и ужасно устал.
Вдруг он услышал откуда-то плач,
Словно предвестник больших неудач.

Маг приподнялся и тихо пошел,
По звуку в беде олененка нашел.
Бедняга метался, в ловушку попав,
С крутого обрыва в яму упав.

Маг долго думал и что-то считал,
Еще никому он не помогал.
В жизни своей он творец всей беды…
Но протянул олененку воды.

Посох ударил о землю колдун,
Словно по ней прошел колотун,
Все задрожало, земля затряслась –
Вновь проявилась черная власть.

Что-то тащило оленя со дна,
Он упирался, но рана сильна,
Слишком ослаб и ждет уж конца…
Но чья-то рука вдруг коснулась лица.

Трясся олень, но открыл все ж глаза,
Больше всего не хотел он назад.
Морду к спасителю вдруг потянул,
Преданным взором на мага взглянул.

Где-то бредут теперь через года
Маг и олень – они вместе всегда.
Старец рассказы свои говорит,
А олененок с ним рядом бежит.

СТАНЦИЯ

Пустынна станция сегодня.
Давно здесь не было людей,
Ни хора песен новогодних,
Ни смеха радостных детей.

Вокруг нее лежит погибель,
Внутри – лишь жажда и тоска.
Ее на карте не увидишь,
Она зовется «в никуда».

И если путник заплутавший
В пустыне вдруг найдет ее,
В тень не устроится уставший,
И не найдет он здесь питье.

Забудет лишь дорогу к дому,
Забудет то, чем раньше жил,
Все станет здесь ему знакомым –
В ряды он вступит сторожил.

Тогда его найдет работа –
Пески страданий охранять,
Стеречь ворота перехода
И время памяти менять.

ВРЕМЕНА ГОДА

* * *

Ах, эти добрые метели,
В домах ютятся огоньки.
Ах, эти снежные постели
Так уж пушисты и легки.

Хотим порою приютиться,
Уснуть в объятиях любви,
Метелью чудной насладиться,
Быть рядом, только позови.

Однако можно обмануться
Холодным покрывалом белым
И лишь к метели прикоснуться,
Она ответит ветром смелым.

Трепет безжалостно срывая,
Напомнит нам про холода,
И шлюзы страсти открывая…
Ах, снег – красивая вода.
Метелью стелется постель,
И снегом можно согревать,
Укутаю я в доброту метель,
И стихнет, что уж бушевать.

* * *

Весна – загадка природы,
Просыпается всё вокруг.
Милее мне нет погоды,
Когда размыкается круг.

Вздрогнуло вдруг внутри
От мороза воспоминания…
А весна твердит: «Посмотри,
Это новые начинания…»

Ветер теплый дует с утра
И шепчет мне у порога:
«Просыпайся, вставать пора,
Моя милая недотрога!

Обними солнце ясное,
Вспомни, как ты любила,
Обними все прекрасное –
В этом волшебная сила».

Забудутся все ненастья,
В букетах тепла и нежности
Весна подарит всем счастье
И крылья безмятежности.

* * *

Заверните мне лето в кулёчек!..
Я его разверну потом осенью,
Вспоминать буду каждый цветочек
Холодной зимою с проседью.
Заверните мне небо без облачка
И воздух с покосами пряными,
Пусть моя книжная полочка
Хранит рассветы с туманами.

Заверните мне теплое море
И парусник, желательно, белый.
Может быть, буду я в миноре,
Он придет из своих параллелей.

Еще дождь обязательно летний
С яркой радугой,.. пение птиц,
Чтобы было еще конфетнее,
То ромашек и медуниц.

Обниму красивые моменты.
И мечтать, мечтать… без суеты,
Отправлять без адреса конверты:
«Пусть сбудутся все летние мечты!»

* * *

Дождь окутал серые улицы,
Разбежались куда-то прохожие…
Чьи-то прогнозы не сбудутся,
А другие – просто похожие.

Сыплет мелкий словно из сита,
Наполняет сосуды влагой.
Это облако будто сшито
Из размеренно тихого шага.

Чай в бокале наполовину
То ли полон, а то ли пуст…
Как понять мне эту лавину
Заколдованных кем-то чувств?
Ищу у погоды ответа:
«Поведай про утренний сон…»
Прошу у дождя совета,
Сегодня ведь праведный он.

Диктует дождь свои правила,
Философию льет свою…
Чай подогреть поставила
И полный бокал налью.

* * *

Мои осенние сады –
Энциклопедия историй…
Как много утекло воды,
Развенчано пустых теорий.

А листья снова пожелтели,
Своею красотой пленят,
Куда-то птицы полетели…
Куда? От скромности молчат.

И в многоликой тишине
Так жарко трепетны цветы,
Осенний вальс наедине
Рисует желтые холсты.

Еще один осенний сад
Кострами лето провожает.
Опять волшебный листопад
Меня так нежно обнимает.

Опять куда-то уезжаю –
У осени свои секреты.
Да, время сбора урожая –
На все вопросы есть ответы.

МЁД

Что мы знаем про мед?
Трудятся пчелы над ним…
Что мы знаем про лед?
Сколько всего под ним?

Что мы знаем про сон,
То ли спим, то ли не спим?
Что мы знаем о ком,
То ли с ним, то ли не с ним?

Что мы знаем про дом,
То ли наш он, то ли чужой?
Что мы знаем о том,
Что там за той пустотой?

Что мы знаем про небо,
Про поле цветов без конца,
Про вкус свежего хлеба,
Про подвиг молодого бойца?..

А сколько любовь живет?
Сколько ей лет, сколько зим?
Что мы знаем про мед?
Трудятся пчелы над ним…

ДЕНЬ ЛЮБВИ

Я объявляю День любви!
Ни час, ни год и не минуты,
А просто день так проживи,
Определи свои маршруты.

Что в сердце, в мыслях и в душе,
Какая нынче там погода?
Кто бал ведёт, кто атташе
С утра, с чудесного восхода?

Почувствуй воздух в небесах
И свет пусти в свои объятия.
Нектар попробуй на цветах
И прикоснись губами счастья,

И окунись без страха, с головой,
В волшебный океан любви.
И, увлекая небо за собой,
Весь мир с собою позови.

В тебе сегодня волшебство,
Так восхищайся вновь и вновь,
О, женщина, ты божество,
Ведь ты – та самая любовь!

Ты просто, с радостью живи,
И нет другого постулата…
Давай отметим День любви,
Чудесный день – такая дата!

* * *

Далеко, в неведомых мирах,
Не бывает горя и обид.
Нет седин в красивых волосах.
И душа от горя не горит.

В тех мирах комедия и смех
Вместе с глупым счастьем пополам.
Начинаешь дело – жди успех,
Потому что нет банкротов там.

Далеко, за тридевять парсек,
Счастье всем бесплатно раздают.
Если же несчастлив человек,
За простуду это признают.

Только где же это «далеко»?
Не видать за тучами миров!
В небесах – парное молоко,
А земля устало ждёт снегов.

Времена отчаянно идут,
Потому что остановок нет.
Те миры землян совсем не ждут
С нашими завалами из бед.

НОЧНЫЕ ЗВЁЗДЫ

Найди себя в космических мирах
И растворись с собой в полночной мгле.
Быть может, ты от рая в двух шагах,
А может, слышишь адский вой в земле.

Пускай уже никто тебя не ждёт,
Но ты возлюбишь эти небеса,
Где очень долог звёзд круговорот
И где ещё бывают чудеса.

Найди себя и обрети покой,
Как красный карлик за века устав.
Сними печаль и просто дверь закрой.
Будь для себя, как жёлтый карлик, прав.

Гори в ночи, как голубой гигант!
Твори миры, как чёрная дыра!
Кометой совершай Творенья Акт
И улыбнись чему-нибудь с утра.

Найти себя. Сказать, увы, легко,
Когда Печаль гуляет по земле.
До «тёмных звёзд» как будто далеко,
Но астероид душу жжёт во мне.

А ты иди. Как свет далёких звёзд,
Взорвавшихся в минувшие века.
Найди себя. Ищи себя всерьёз.
Ведь за спиной Забвения река.

ПРИСКАЗКА БЕЛОЙ СКАЗКИ

Осень. Темнеет. А с неба снежок
В медленном танце спускался на землю.
Белою сказкой сто тысяч дорог
Скоро укроются в зимнее время.

Вьюга закружит опять над землёй,
Та, что весне никогда не подвластна.
С неба опустится синей звездой
Старая новая белая сказка.

Оле Луколе расскажет её,
Зонтик цветной раскрывая над нами.
И Дед Мороз пролетит над Землёй
Где-то под звёздами, над облаками.

Осень. Темнеет. Танцует снежок,
Сказке страницу свою расстилая.
В тучах скрывается месяц-рожок
Тот, что рассказывать нам начинает…

МУЗЫКА НЕБЕС

Высоко, за пределами синих небес,
Не мигая, горят разноцветные звёзды.
Спит таинственный Космос, что полон чудес.
А кометы летят, будто чьи-нибудь слёзы.

Поднимается Ветер, надув паруса.
И галактики мчатся по сонным орбитам.
А в туманных мирах выпадает роса,
И её собирают, как ценный напиток.

В тех мирах, где нас нет, торжествует добро,
Только мы никогда не узнаем об этом.
На планете Земля нам прожить суждено –
Почему же от нас не взорвётся планета?

Столько горя не смоет Потопа вода!
Столько слёз не осушится солнцем палящим!
И уже не понять, не понять никогда,
Почему мы живём не одним настоящим?

Почему нас секреты Вселенной влекут,
Если взгляды всё чаще стремятся под ноги?
Что мы ищем, меняя покой и уют
На манящие дали да злые дороги?

Высоко-высоко не бывает войны,
Потому что Вселенная очень большая.
И среди Бесконечности и Тишины
Тихо-тихо на скрипке Создатель играет.

* * *

Откровенная ночь опустилась на землю.
Свет в окне загорелся, тебя поджидая.
А планета летит по просторам Вселенной.
Видно, участь у нашего мира такая.

Ты ко мне не придёшь по вечернему снегу,
Одинокому, будто лихие столетья.
Как печально сегодня осеннему небу!
Тихо падают капли дождя – междометья.

А планета летит и летит по орбите,
Словно пёс на цепи – всё по кругу,
по кругу.
Откровенная ночь. Свет в окошках зажгите,
Что б дорогу найти долгожданному другу.

* * *

Белой шапкой ель укрыта
Перед домом во дворе.
Белой тучей небо скрыто.
Белый день на всей земле.

Так красиво и не громко
В мир спускается зима.
Нереально. Бледно. Тонко.
Бело-серые дома.

Чистый воздух обещает,
Что напьётся серый мир,
Позабудутся печали,
Как от чёрта сувенир.

Санки, лыжи, шайбы, клюшки,
Ёлки да снеговики.
Разойдутся туч подушки –
Эти дни недалеки!

Но пока белеет ёлка
Мокрым снегом на ветвях.
Исчезают кривотолки,
Тают, как листва в лесах.

ГЛОРИЯ

Вселенная! Как ты прекрасна!
Цветут галактики твои.
Ночные звёзды светят ясно.
Поют о чём-то соловьи.
Миры рождаются чудесно.
Рассвет приходит, словно песня,
Окрашивая День Земли…

Одной орбитой, круг за кругом
Земля и Глория летят.
Лишь Солнцем скрыты друг от друга,
Как миллиарды лет назад.
Замедлится одна планета –
Не будет ни зимы, ни лета,
Миры вмиг обратятся в Ад!

Мы все исчезнем в катастрофе,
Не возродившись никогда.
Бессмертные умолкнут строфы,
Прервут свой плавный счет года...
Всё разлетится в одночасье!
И светлый миг простого счастья
Для нас погаснет навсегда.

На Глории всё понимали
И сотни тысяч лет назад!
Оберегали нас в начале,
Как непоседливых ребят
И ныне охраняют Землю,
Ошибки наши не приемля.
Лишь потому Земля – не ад!

Лишь потому средь ураганов
Найдётся время для молитв,
Тень третьей мировой над нами,
Скорей всего, не пролетит.
Но сколько можно в чудо верить?
Мы – люди или всё же звери?
Надир важней или зенит?

Мы возрождали мир по капле
На пепелищах войн и бед,
Играя в дьявольском спектакле
Трагедий, боли и побед.
Потери, радости, удачи,
Мы ненавидим, любим, плачем.
Мы – люди. Жизнь – вот наш ответ!

Мы, люди, на Земле в ответе
За то, как завтра будем жить,
За то, какое солнце светит,
За горы писаных страниц,
За то, что пошло иль красиво.
Жить надо всё-таки счастливо,
Судьбы не обрывая нить.

Нас вопрошают глориане:
Когда закончится Война?
Что знают о мирах земляне?
Не велика ли нам цена?
Дождутся ли? Мне не известно.
А мыслям по ночам так тесно,
Что холодеет тишина.

МОТИВЫ ЛЮБВИ

Начудит на стекле мороз,
Позолота ль покроет лес,
На подснежники ли прогноз,
Летний зной ли
под синью небес.
Для Любви нет погодных преград,
Лишь счастливых часов река,
Если чувства огнём горят
И накрыта рукою рука!

Для кого-то Любовь – это сон,
А кому-то она, как полёт,
От Любви можешь быть невесом,
И семи, чтобы петь,
мало нот!
И вскружится легко голова
И в семнадцать,
и в семьдесят семь,
Потому что Любовь такова,
Что прийти она может ко всем!
Купол неба –
большой парашют,
Мы под ним
в нашей жизни парим,
Сохраняйте Любовь,
вас прошу,
С этим чувством
живите внутри!
Ветер дует в Удач паруса
Тем, кто пробует снова и вновь!
И поверит пускай каждый сам,
Что всех нас согревает Любовь!

Губы шепчут слова сокровенные,
И от нежности таешь почти,
И вокруг всё необыкновенное,
И у каждой Любви,
И у каждой Любви,
И у каждой Любви
свой мотив!

* * *
Вера, Родина и Мама –
Наши русские скрижали,
И путей нелёгких самых
Ожидания и дали.
Горсть земли, краюха хлеба,
Образок с собой на счастье,
Ширь полей и синь у неба,
И душа раскрыта настежь!

Пусть банановые рощи
И экзотика Востока
Мáнят, но без них жить проще,
И при том не одиноко.
Соловьёв нам ближе трели,
Звон колоколов из храма
И страны любимой цели.
Вера. Родина. И мама.

КРЫША ОТЧЕГО ДОМА

Абсолютно всем на свете нужен дом,
Хоть берлогой он зовётся, хоть гнездом,
Хатою, избой, квартирой, шалашом,
Главное,
чтоб в нём нам было хорошо!

Мы взрослеем,
и случается, подчас,
Покидаем Отчий Дом, зовёт мир нас,
Будто там, куда идём мы, благодать,
А нас стены Дома начинают ждать!

Отчий Дом – всегда пристанище для нас.
Очень важно, чтоб очаг в нём не погас.
И через окошки лился свет,
Вдохновляя
к совершению побед!

Крыша Отчего Дома –
Лучше нету её,
Где всё с детства знакомо,
И душа где поёт!

Крыша Отчего Дома
Для того и дана,
Чтобы быть маяком нам
В жизни всех временах!
Крыша Отчего Дома.

К ВОСЬМИДЕСЯТИЛЕТИЮ ПОБЕДЫ

А Победе восемьдесят лет!
Мало их осталось, воевавших,
Кто фашизма планы свёл на нет,
Грудью за страну
в войне той вставших.

Я из тех, войны кто не познал,
Слава Богу, деды победили!
Но со школьных лет ещё узнал
Цену, что за мир мы заплатили.

Прямо в школе был у нас музей,
Где реликвии хранились боевые,
Ветераны их дарили, чтоб стезе
Мира следовали мы, пока живые!

Чтобы помнили и знали времена,
Где народы всей страны в одном строю
Встали вместе,
и народная стена
Защитить сумела Родину свою.

...Помню, как входили в полумрак,
Метронома чёткий слыша стук,
Мы, и замедлялся сразу шаг,
И смолкал весёлый детский звук,

И, осознавая каждый раз
Трепет внутренний прикосновенья от
Нас к истории, мы вспоминали вас,
Вас, защитники,
вас, славу кто несёт!

Вас, кто знамя поднимал и шёл вперёд,
Вас, кто, не сдаваясь, погибал,
Вас, хлебнувших фронтовых невзгод,
Вас, кто в оккупации страдал,
Лепту кто победную вносил
Тем, ковал победу что в тылу,...
Одолеть врага хватило сил,
И фашистскому
не дать победы
злу.

Восемьдесят лет Победе! Помним
И горды свою мы за страну!
И нет праздника
Победы Дня
огромней
Поколеньям россиян
за ту весну!

ПУТЕШЕСТВИЕ ПО РОССИИ

Я гуляю по Алтаю,
Над Хибинами летаю,
И хребет Уральский тает
Где-то в дымке голубой!
Пики гор Кавказа стаю
И Камчатки – обожаю,
На Эрцог ходил в Домбае –
Он весьма хорош собой!

Ведь наши российские горы
Ласкают и души, и взоры!

А озёра наши! Рица!
Селигер! Каспий стремится
Морем стать! Летают птицы
Ладогой с Онегой над!

И Чудским страна гордится!
И Телецкое светится,
А байкальскою водицей
Утолить я жажду рад!

Российские наши озёра
Ласкают и души, и взоры!

А на поле Куликовом
Были сброшены оковы
Ига, и француз пиковый
Бородинском поле на!
Фриц на Прохоровском скован,
На Лодейном флот основы
Взял, и на Ходынском снова
Шли веселия сполна!

Поля наши так же, как горы,
Ласкают и души, и взоры!

Наши города и реки,
Наши чудо-человеки
Хоть в каком возьмите веке –
Это ж кладезь и оплот!
Заменить Россию некем –
Километры ли, парсеки –
Силой, честью, духом неким
Вся страна наша живёт!

Ведь наши родные просторы
Ласкают и души, и взоры!

России родные просторы
Ласкают и души, и взоры!

КВАДРАТУРА ЛЮБВИ

Она кружила головы троим:
Был первый в шахматах непобедим,
Второй везде со скрипкою ходил,
А третий кистью по холсту водил.

Ей первый математику решал,
Второй играл, и плакала душа,
А третий остриём карандаша
Писал её портреты, чуть дыша.

Она легко купалась в их внимании,
Она была для них
мисс Обаяние,
Она ходила с ними на свидания,
Прав не давая
на собою
обладания.

Лишь поцелуй,
едва касаясь губ,
Был мимолётен,
очень вскользь и скуп,
И каждый думал,
будучи не глуп,
Что с алым парусом
ИХ
точно будет шлюп.

Она, меж тем,
не обещала ничего,
Что их смущало
более всего.
А быть в неведении – представьте, каково!
И тут она: «Иду на эС-Вэ-О.»

И шахматист сказал тогда: «Ну не-е-е,
Вот ферзевый гамбит – это по мне-е…
А автомат ни разу не в цене,
И не желаю я гореть в огне...»

Скрипач воскликнул:
«Скрипка – вот судьба!
Но невозможна скрипкою стрельба,
Неравноценною получится борьба,
К тому же
атомного
можно ждать гриба...»

Художник в продолжении сказал,
Что проводил Её бы на вокзал,
Зарисовать чтобы отъезд... И тут слеза
Блеснула тихо у неё в глазах...

...Она вернулась через год. При орденах.
Познав, какая жизни есть цена,
Хлебнув от лихолетия сполна,
Без рук. Лишь только матери нужна.

Был шахматист в Малайзии уже.
Скрипач в Америке звучал на кураже.
И в каждом Родину склоняя падеже,
Творил художник за израильский бюджет...

Она смогла не сдаться, не упасть.
Не хаять свою Родину и власть.
Но вспоминала воинскую часть,
Как медсестрой бойцам давала не пропасть,

Как выносила на себе из-под огня,
Как тяжела она, защитная броня,
От гибели Друзей как дрожь унять,
Уход их
раз у каждого есть
дня...

...Ей улыбнётся счастье через год,
Когда немного боль потерь пройдёт,
Когда протез освоит, и найдёт
Она пришедшего оттуда же. И вот

У них семья. И что, что он без ног?
Никто не получился одинок!
Зато их градус отношений так высок!
Любви, и Света, и Тепла – всё дай им Бог!

ХУДОЖНИК

Серых будней паутины...
Всё летим мы и спешим,
Нам не видятся картины,
Даже если мы хотим.
Но бывает, что найдётся
Тот, кто в сером разглядит
Цвет, и сам он улыбнётся,
И других он возбудит!
И раскрасит в ярких красках
Серость, и покажет всем,
Что грустим мы все напрасно,
Создаём себе проблем.
«Мир прекрасен!» – он воскликнет, –
«Цвету серому взамен
Вся палитра вам возникнет,
Лишь желайте перемен!»
...Возразит иной: «Палитра?
Ты, похоже, спятил, друг!
Видишь цвет после пол-литра
Иль с похмелья. Вот ведь жук!»
«Нет же!» – скажет тот, кто видит, –
«Снег, дороги и дома –
Белый цвет
зимою
лидер,
Ведь снежинок кутерьма!
Только белый цвет, по факту,
Состоит из всех цветов,
Разобраться если так-то,
Жаль, не видит что никто...
Я, давайте, нарисую,
Как всё выглядит цветно,
На холсте живописую
То, что вижу я в окно!»

И мазками кистей разных
Покрывать он ватман начал –
Жёлтых, голубых и красных,
Наслаждаясь от удачи,
Что волшебное виденье,
Снизошедшее от неба,
Дарит он сиим мгновеньем
В цвете всем, кому потреба.

За листом листок меняя,
Несмотря на серь кругом,
Он, размерность сохраняя,
В цвет травы раскрасил дом,
Мост стальной в бордовом цвете,
Тротуары в голубом,
Снег лиловый на планете
Шёл впервые, и в любом
Человечке на рисунке,
И машинке на дороге
Цветности звенели струнки
Вопреки порядкам строгим...)))
Улыбаться стали люди!
Расхотелось им хандрить!
«Что ж, пусть так оно и будет!» –
Ему стали говорить.
«На рисунках пусть хотя бы
Отдохнёт от сери взгляд!
Ты давай, мужик, без жабы:
В цвете ВСЁ рисуй подряд!»
...«Неее,» – сказал он им протяжно, –
«Жить без серого никак.
Серый тоже очень важный:
Серый цвет ещё не мрак...»

Вот такой вот философский
Оказался человек.
Не был он ни Кашпировский,
И не в сто лет прожил век.
Оптимист зато по сути
Был, и этим вдохновлял.
БОМЖ. У жизни на распутье.
Но зато как удивлял!
И в торговый центр являясь,
Заработать чтоб на хлеб,
Рисовал для всех. Стараясь
Показать, что он...
не слеп.
И что руки не протезы,
И что видит только чуть,
И что мысли ночью лезут
Так ли нужен этот путь?..
Но, творя, он будто видел,
Но, творя, с руками был,
И словами был он лидер,
И нормальной жизнью жил...
И на уровне фуд-корта
Притяжения центром став,
Он творил свои аккорды,
Говорив и рисовав.
И светлее становились
Все стоявшие вокруг,
И во власти находились
И словес его, и рук.

Справедлива ль жизнь, не знаю,
Только здорово, что в ней
Есть, собой кто зажигают
Радость в паутине дней.

ДЕВОЧКА... С ИЗРАНЕННОЙ ДУШОЙ

Все существуют в мире планомерно,
Свои лета закрашивая густо сединой.
Они. Коих на свете здесь немерено.
Над ними девочка с израненной душой.
От осознания всего происходящего
Может пропасть выносливость крыла.
У силуэта над землёй её парящего
Кончики пальцев почти тронула земля.

Не просто удержать ей равновесие,
На плечи вешают решения за всех.
То окуная лицом в бездну мракобесия,
То принося на блюде свой порок и грех .
Стремясь содрать её с опоры воздуха,
Чтобы упала, стала чёрной, не собой,
Глупцы и грешники не зрят своего промаха.
Взлетает девочка с израненной душой.

На острие с истоком просвещения
Ведёт она безмолвный вечный диалог.
Её словам не внемлют с одобрением.
Не долетает до голубцов смысл и слог.
И так годами кружится она над душами.
С улыбкой ангелов, слегка качая головой,
Всё также и благоволит, и слушает.
Парит та девочка с израненной душой.

ЖИЗНЬ...

Течения естественного ход
Расписывает алгоритм событий.
Как солнце зажигает небосвод,
Так времена пылают от открытий.
Сменяются эпохи на земле,
И каждая несёт в себе потери.
Несёт преображение в себе,
Как распускание небес в апреле.

Нам кажется, что есть, то навсегда.
Что этот час – вот это наша участь.
Но пробегут секунды иль года.
Исчезнут и успех, и невезучесть.
Растает лето в дымке сентября,
Растают годы в облаке столетия.
Мы прежние исчезнем навсегда
И возродимся чрез десятилетия.

Сюжеты абриса размоет тлен,
Где пишутся орнаменты событий.
И заблуждений испарится плен,
С решётками прибытий и убытий.
Неволя со свободой в поддавки
Играются, сменяются друг другом.
А дно засохшее любви-реки
Становится цветущим свежим лугом.

И вновь стоим у новеньких дверей.
Мы выбираем и судьбу, и веру.
Заманивая в свою жизнь людей,
Как пазл формируем атмосферу.
Не останавливается ход колеса
Вселенной, подчиняясь мирозданию.
И чередуются земные полюса,
Меняя цвет земному содержанию.

В секунду тот, кто был раньше во тьме,
Купается сейчас в потоках света.
И также за мгновение во мгле,
Окажется с тобой твоя планета.
Меняет облик человеческая жизнь,
Преобразуется душа ежесекундно.
Влетают судьбы вверх и снова вниз.
И равновесие держать порою трудно.

ПРАВДА О КРАСИВЫХ ЖЕНЩИНАХ

Я напишу жестоко и правдиво
То, как нелёгок век красивых.
Их время, словно яблоко, червиво,
Наполнено безумием ретивых.
Их покупают, часто безобразно,
Желая обладать иль уничтожить.
Ревность и поединки ежечасно,
И зазеркалье с целью искорёжить.

Я напишу отчаянно и сложно
То, как нелёгок век красивых.
Как кажется, что им всё можно.
Преследует их ненависть трусливых.
Как разъедают сплетни, оговоры.
Как зависть обволакивает плечи.
Преследуют пажи и командоры,
Как быстро они тают, точно свечи.

Я напишу спокойно, безупречно
То, как нелёгок век красивых.
Что преданность им скоротечна,
Не долог час стихов фальшивых.
И соберут то, что иные не посеют.
И могут быть слишком опасны,
Что выживать особенно умеют.
Надломленные люди и прекрасны.

ПРОЩАЙ, МОЯ ЛЮБОВЬ...

Прощай, моя любовь, надежда, вера...
Не вырастит рябина на обломках,
Только бурьян, сомнений атмосфера
И силуэты в призрачных потёмках.

Прощай, моя любовь, я посвящаю
Тебе прощальный реквием иллюзий.
Не буду врать, тоскую и скучаю,
Но по тебе ль? Сомненьям революций?

Прости, моя любовь, что не случилась,
У скульптора в руке не вышла форма.
В произведение моё не воплотилась,
Кровавой раны отпечаток в месте слома.

Тогда пред смертью мне хотелось верить,
Хотелось уцепиться, как за бортик.
Хотелось изучить, слепить, измерить.
Вонзить в историю, во взгляд и в позвоночник.

Но всё напрасно, дым развеялся туманом...
Разруха, вонь и грязь от наводненья.
И посредине я на камне... снова спьяну.
И снова ветер, боль и страх от пораженья.

Прощай, моя любовь, тебе спасибо
За те секунды, за мгновения в закате,
За воск воспоминаний и событий,
За смех, за страсть, за перерывы в такте.

За мужество признать, что всё случилось,
Что мир придётся создавать из пыли.
И что не стоит ждать ни свет, ни милость.
Аккумулировать и достояния, и силы.

ВЫ НЕ СО МНОЙ...

Мне грустно сегодня, и порой
Хочу я пожалеть свою седую душу.
Вы не со мной, теперь вы не со мной,
Вы были мне в морях кусочком суши.

А я привыкла чувствовать тепло,
А я привыкла знать, что вы за дверью,
Что вы вернетесь с неба все равно,
Что вы закроете меня своей метелью.

Но все прошло, прошли года.
Прошли желанья, мысли ваши,
Но как обычно жду вас у окна,
Хотя и на весну вдруг стала старше.

И вас прощаю, долго ждать нельзя,
Нельзя дыханьем заморозить фразы.
И все собрать осколочки огня,
И выдержать все мысли сразу.

Я вас прощаю, вы моя печаль.
И вас любя, так потерять боялась
И ночи лунную холодную вуаль,
И облаков осеннею усталость.

Вы мне пишите с севера письмо.
И расскажите, как меня бросали.
Нет, мне не больно, просто тяжело
Не чувствовать спиной движенье грани.

И я буду скучать по вам опять,
И я буду искать в других все то же,
Что в вас, что хочется обнять.
Но повторений нет в иных прохожих.

И взгляд, блаженный у слепых зеркал,
И воздух времени прозрачный тайной
Я вам с поклоном отдаю сейчас
И покажу вам сердце на прощанье.

Мне сегодня грустно, и порой
Хочу я пожалеть свою седую душу.
Вы не со мной, теперь вы не со мной.
А были мне в морях кусочком суши.

БЕСЦЕННА НАША ЛУЧШАЯ ИЗ ЖИЗНЕЙ.

Бесценна наша лучшая из жизней.
Та, что сейчас – мгновение и время.
И серпантин желаний, чувств и мыслей,
Как вечная награда или бремя.
Такой вот точно никогда не будет,
Не будет и единственного тела.
С любимыми прикосновений судеб
Вселенная в иголку ниткой вдела.
Расшила наши будничные годы,
Расшила наше сердце, наши веки.
Без этой жизни вечную свободу
Мы от любимых обретём навеки.
Не будет больше вот таких закатов,
Карминового с синью горизонта.
И полюбившейся земли когда-то,
Врывающейся ветром теплым в окна.
И больше то, что хочется не сделать,
И реплик не сказать самых желанных.
И с прошлого ошибок слой не срезать,
Не умолчать о самом-самом главном.
Бесценна наша лучшая из жизней.
Не повторятся линии сюжетов,
Чем интереснее и живописней,
Тем меньше отыграются в куплетах.

ДРУЖБА СО СМЕРТЬЮ

Здравствуй, наконец ты мой союзник.
Помню нашу борьбу, неравенство и злость.
В тот раз ты была страж, палач…, я узник.
Но не себя спасать в тот раз мне довелось.

Ты помнишь, как я злилась, как ругалась,
В каком отчаянье металась, не спала.
Ты помнишь, как с тобой тогда сражалась.
Как ты в лицо смеялась мне тогда.

Ты победила, да, войну я проиграла.
Подписан акт капитуляции, разбиты войска.
И мне пришлось всё в жизни начинать сначала.
Разрушить до молекул, чтоб наверняка.

И вот опять приходишь ты… Ко мне, за мною.
Садишься победителем и во главе стола.
Я ем и пью, веду беседу и смеюсь с тобою.
Признаюсь честно, я тебя ждала, да и звала.

Но в этот раз всё будет по-другому, верю, знаю.
Я вижу, ты не хочешь забирать иль уходить.
Давай с тобой я партию на свою жизнь сыграю.
Не ненавижу, не борюсь и не стараюсь победить.

Ты просто есть, бессмысленно не видеть.
Бессмысленно скрываться, отрицать.
Бояться, думать, гнать, мечтать иль ненавидеть.
Есть путь, есть срок, закон ты будешь соблюдать.

И мы друзья… да, так бывает, подчинение…
Законам бытия. Я убираю и копьё, и меч.
Мы пьем с тобой напиток моего смирения.
Ты не спешишь и не стараешься подсечь.

Смеёмся, теплота и понимание меж нами.
Игра и ужин, канделябр с огнём свечей.
Мы не враги и не соперники, лишь временами
Пересекаться будут наши лезвия мечей.

Я провожаю тебя, скоро луч рассвета.
Тебе пора искать. Мне оставаться жить.
Мы встретимся ещё, когда-нибудь под лето.
Через десятилетия, я буду помнить, быть.